thematical forum

forum dedicated political and social problems


Вы не подключены. Войдите или зарегистрируйтесь

Сирия. Очередное слабое звено.

На страницу : Предыдущий  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9  Следующий

Предыдущая тема Следующая тема Перейти вниз  Сообщение [Страница 2 из 9]

Admin


Admin
Ю.Б.Щегловин

Ситуация в Сирии сейчас характеризуется следующими новыми моментами.

1. Забастовка торговцев в Дамаске и Алеппо, что с учетом восточных традиций событие знаковое. Это может свидетельствовать о моральной усталости значительной части торговой суннитской буржуазии от нестабильной экономической и политической ситуации в стране. Город Алеппо, который долгое время был «нейтральным», явно «качнулся» в сторону оппонентов режима. Ситуация сейчас такова, что повстанцы контролируют в ночное время порядка 60-70% населенных пунктов или отдельных суннитских кварталов в крупных городах. Днем в города входит армия и спецслужбы.

2. То, что отряды Сирийской свободной армии (ССА) стали на регулярной основе получать современное оружие и боеприпасы. Это, прежде всего гранатометы, минометы, стрелковое оружие, крупнокалиберные пулеметы и т.п. По некоторым данным, в скором времени ожидается поставки противотанковых ракет и систем ПЗРК. Снабжение налажено с американских военных складов в Катаре и ФРГ. Финансирование операций возложено на аравийскме монархии, прежде всего Саудовскую Аравию и Катар. Снабжение оружием осуществляется в основном с территории Турции и Ливана, однако вспышка вооруженного противостояния в Дер эз-Зоре косвенно указывает на то, что и через иорданскую границу часть оружия также идет. Американские инструкторы начали обучение повстанцев на территории Турции. Это свидетельствует, что США активно втянулись в подрывные операции по свержению режима Башара Асада.

3. Получило свое документальное подтверждение участие Ирана в боевых действиях на территории Сирии на стороне правящего режима. На этой неделе три иранца из подразделений Корпуса стражей исламской революции (КСИР) были захвачены повстанцами в Алеппо, что было зафиксировано на видеопленку. Боевики ливанской «Хизбаллы» также продолжают участвовать в боях на стороне режима, а вот иракцы из движения М.Садра из Сирии выведены. Таким образом, основной «ударной силой» режима остается 4-ая дивизия под командованием брата президента Махера, иранские части, ливанские боевики и отряды шабиха. Отмечены факты задействования в боевых вылетах летчиков-иракцев, что свидетельствует о том, что личный состав ВВС выходит из доверия режима. Это подтверждает факт перехода на сторону оппозиции полка ПВО в полном составе во главе с командиром-алавитом на прошлой неделе. Отряды шабиха, состоящие в основном из алавитов, тем временем превращается в полнокровную опору режима и задействуется в наиболее резонансных актах устрашения и зачистках мятежных городских и сельских районов. Отряды шабиха были созданы в качестве опоры режима еще во времена президента Хафеза Асада в качестве альтернативной спецслужбам и армии силы. Курировал это направление брат Хафеза Асада Джамиль, сейчас этими отрядами руководит его сын Фуаз. Шабиха хорошо подготовлены и экипированы. В свое время они были сконцентрированы в Латакии, где активно занимались контрабандой. В поздний период правления Хафеза Асада они несколько раз попадали в опалу в связи с открытым противодействием высокопоставленным руководителям спецслужб. Однако после смерти Асада-старшего и прихода к власти его сынаБашира их влияние неуклонно растет и сейчас достигает своего пика.

4. Обособленный и автономный сегмент радикальных исламистов в рядах вооруженной оппозиции растет, что объясняется преимущественным и значительным финансированием со стороны зарубежных организаций «Братьев-мусульман». Эта тенденция будет нарастать с активизацией вооруженного противостояния.

5. Режим Башара Асада пока не видит для себя реальной возможности пойти по пути инкорпорирования части «умеренной оппозиции» во властные структуры. То есть «мирный вариант» пока на повестке дня не стоит. Это косвенно подтверждается словами советника сирийского президента Бусейны Шаабан, которая сейчас находится в Москве. В своем выступлении перед членами сирийской диаспоры в России она четко акцентировала, что «никаких переговоров с бандитами быть не может, и в скором времени эта проблема будет решена исключительно военным путем».

В общем стали известны обстоятельства резни в Хулу. Жители суннитского Хулу убили шесть военнослужащих-алавитов в качестве акта мести за изнасилование офицером-алавитом жены одного из местных жителей. Шабиха в свою очередь устроили показательную акцию возмездия, убив самих мстителей и их семьи. Как ни цинично и ужасно это звучит, но такое поведение полностью вписывается в реалии и обычаи Востока. Практика выживания суннитов с мест их компактного проживания становится приоритетной в тактике правительственных войск. Из того же Хомса бежало порядка 80% суннитского населения, в основном женщины и дети. Тем самым нейтрализуются опорные пункты и тыловые укрытия для повстанцев.

Посмотреть профиль http://lukdomen.mysite.com/blank.html

Admin


Admin
Фонд Карнеги за Международный Мир

Сирийский кризис переходит в завершающую стадию. Кризис, так сказать, переживает кризис. Оппозиция фактически объявила широкомасштабную гражданскую войну режиму Башара Асада, проведя теракт против политиков первого эшелона. Этим оппозиционеры показали, что на компромиссы они не пойдут и намерены сражаться до победного конца.
Как ответит на это Асад? Он оказался в безвыходном положении. Промолчать и стерпеть такой удар — значит проявить слабость и неуверенность в своих силах. Если президент не отреагирует жестко, то от него отступятся самые стойкие приверженцы, и тогда его дни сочтены. Нанести ответный удар такой же степени ярости — значит снова навлечь на себя обвинения в жестокости, нарушениях прав человека и т. д. Есть еще третий вариант — признать свое поражение, отойти от политики, покинуть страну. Вероятность этого «запасного» варианта призрачна (хотя, с моей точки зрения, это все же выход).

Пик кризиса пришелся именно на тот момент, когда возникли надежды — у кого-то виртуальные, у кого-то реальные, — что компромисс, пусть и самый хлипкий, все-таки может быть достигнут. Ключевые внешние игроки — Кофи Аннан, Владимир Путин, Барак Обама, Реджеп Тайип Эрдоган — находятся в постоянном общении, и это способствует поддержанию зыбкой атмосферы надежды на разрешение конфликта, хотя на данный момент мало что меняет.
Похоже, ни «друзья Сирии», то есть внешние игроки, поддерживающие оппозицию, ни их оппоненты на международной арене не способны контролировать своих сирийских подопечных. Усадить воюющие стороны — а речь идет именно о полноценных воюющих сторонах — за стол переговоров невозможно. Драма России, выступающей в защиту правящего режима, состоит в том, что она не может ни спасти Асада, ни заставить его действовать более взвешенно. Тем более она не в состоянии остановить внешнее военное вмешательство, если оно все же случится. Россия теряет свой остаточный авторитет на Ближнем Востоке, а после неизбежного ухода Асада ей, похоже, вообще будет нечего делать в данном регионе. Наверное, отсюда и та безнадежная страсть, с которой Москва держится за своего последнего ближневосточного союзника, доставшегося ей в наследство от СССР.

Сложности есть и у остальных внешних участников конфликта — и эти сложности будут только возрастать. Во-первых, этим государствам придется нести ответственность за действия оппозиции, когда та станет у руля страны. А оппозиция состоит вовсе не из ангелов, и резни, видимо, не избежать. Во-вторых, стан «друзей Сирии» пестр, и внутри него могут начаться разногласия. У Катара одни интересы, у кого-то из числа христианских стран — иные.

Так что внешним игрокам приходится нелегко. Все они становятся участниками и заложниками сирийской трагедии.

Ситуация вокруг Сирии вызывает самую поверхностную, но все же ассоциацию с Карибским кризисом 1962 года (мне, советскому пионеру, в то время исполнилось всего одиннадцать лет, но все равно было не по-детски страшно). Тогда советские корабли тоже везли оружие за тридевять морей. В итоге Советский Союз проиграл, хотя его лидер Никита Хрущев выдавал свое поражение за победу.

Между Карибским и сирийским кризисами прошло почти 50 лет...

Посмотреть профиль http://lukdomen.mysite.com/blank.html

Admin


Admin
О позиции России по сирийскому кризису

М.И. Смоленский

На фоне эскалации ситуации в Сирии и начала «битвы за Дамаск», усиления международного давления на режим Башара Асада, тщетности дипломатических усилий по поиску политического выхода из кризиса, позиция России вызывает все больше вопросов. Почему Москва, в очередной раз накладывающая вето на сирийскую резолюцию, так отчаянно пытается не допустить падения режима Асада? Позиция Москвы, неоднократно заявлявшей о том, что она не поддерживает режим и лично сирийского президента, а старается лишь не допустить эскалации насилия в стране и внешнего вмешательства, к сожалению, не способствует прекращению вооруженного конфликта. К тому же, искренность и объективность позиции России, претендующей на роль «голубя мира» против «ястребов», готовых ввергнуть Сирию в хаос гражданской войны, вызывает сомнения.

Россия, используя как дипломатические рычаги, так не исключая возможную переброску военных кораблей к берегам Сирии, поддерживает режим в Дамаске и не собирается уговаривать Асада оставить свой пост. И делает она это отнюдь не из-за любви к сирийскому президенту и солидарности с теми сирийцами, которые поддерживают Асада. Главные причины несговорчивой позиции кроются в собственно российских внешнеполитических амбициях и все еще мучающих современную Россию комплексах великой державы.

Принципиальное расхождение позиций России и Запада относительно Сирии состоит в том, что Запад, поддерживая требования сирийской оппозиции, настаивает на свержении режима и установлении новой демократически избранной власти. Главный орган оппозиции – Сирийский национальный совет и его вооруженное крыло Сирийская свободная армия блокируют любые попытки переговоров с режимом Асада, выдвигая в качестве главного условия для начала политического урегулирования конфликта отставку сирийского президента. Россия считает, что любые политические трансформации в стране должны быть результатом внутрисирийского диалога без внешнего вмешательства и давления. Москва также осуждает применение силы обеими сторонами конфликта. Запад и монархии Залива, в отличие от России, обвиняют исключительно сирийский режим в жестокости и насилии при этом оказывают материально-техническую, военную и иную поддержку вооруженным группам оппозиции.

Таким образом, обозначились два принципиально разных подхода к политическому решению ситуации в Сирии. Для поиска компромисса и сближения позиций в Сирию была направлена миссия наблюдателей ООН, разработаны и одобрены два плана спецпредставителя ООН и ЛАГ Кофи Аннана. Международные посредники развернули активную дипломатическую работу, в рамках которой встречи, конференции, консультации проходят чуть ли не каждую неделю. Политико-дипломатическая конфронтация двух лагерей могла бы продолжаться бесконечно долго, если бы в Сирии не шла гражданская война с растущим числом жертв. По мере затягивания вооруженного противостояния в Сирии формируется благоприятная среда для деятельности как внутренних, так и внешних деструктивных сил.

Блокирование Москвой вместе с Пекином резолюции, предусматривающей применение силы для принуждения сторон к миру согласно ст.7 Устава ООН, не только не будет содействовать достижению мира в Сирии, но может способствовать выводу решения этого кризиса за рамки ООН. Несколько этапов неудачных переговоров завели политическое урегулирование в Сирии в тупик. Скорее всего, государства, поддерживающие сирийскую оппозицию, будут искать иные способы достижения своих целей (не исключая военное вмешательство). И это прекрасно понимают в Москве.

В таком случае, как объяснить по-прежнему неуступчивую позицию России внутри Совбеза ООН и отсутствие действенного давления на режим Асада со стороны Москвы?

Во-первых, Москва твердо настаивает на соблюдении основополагающих принципов ООН о территориальной целостности и невмешательстве в дела суверенных государств. С другой стороны, в отсутствии консенсуса в Совете Безопасности ООН по поводу Сирии и блокировании Россией любых резолюций, предусматривающих применение силы, виновата, конечно, не только Москва. Слишком вольная трактовка ливийской резолюции Совбеза ООН № 1973 привела не только к силовому свержению режима Каддафи, но, к сожалению, дискредитировала принцип ответственности ООН по защите мирного населения от геноцида и других тягчайших преступлений. Поэтому опасения Москвы повторения в Сирии ливийского сценария и откровенного нарушения принципов международного права вполне обоснованы.

Россия не может простить Западу даже не свержения Каддафи, а то, что ее – постоянного члена СБ – фактически «использовали втемную». В результате чего доверие Москвы к своим партнерам в Совбезе было серьезно подорвано.

Кстати, все разговоры о выдавливании России из Ливии вследствие свержения Каддафи и об ущемлении ее экономических интересов во многом не соответствуют действительности. Новые ливийские власти заинтересованы в возобновлении военно-технического сотрудничества с Россией. А что касается знаменитых контрактов РЖД, то их приостановка, на самом деле, вызвала в руководстве компании вздох облегчения. Ливийский контракт для РЖД превратился в головную боль еще до начала «арабской весны», а накопленные проблемы в его осуществлении грозили дискредитировать деловую репутацию компании.

Во-вторых, Россия полагала, что ее позиция в «защиту мира», против активного внешнего вмешательства и «произвола Запада» будет выглядеть достойно и найдет поддержку большинства незападных государств. Москва, вероятно, надеялась сформировать и возглавить некий блок, противостоящий праву сильного диктовать свои правила. Один из аргументов России заключался в том, что, допустив вмешательство в Сирии, незападные страны откроют «ящик Пандоры» и сами в будущем смогут подвергнуться вмешательству по сирийскому сценарию. Однако голосование резолюции по Сирии в Генеральной Ассамблее ООН наглядно показало, как международное сообщество относится к тому, что происходит в Сирии. 16 февраля 2012 года 137 из 193 стран-участниц Генассамблеи проголосовали «за» резолюцию, призывающую Асада уйти в отставку и осуждающую нарушение прав человека его режимом. «Против» проголосовали лишь 12 государств во главе с Россией. Решения Генассамблеи не носят обязательного характера. Однако голосование продемонстрировало, что Россия оказалась в международной изоляции и не смогла привлечь на свою сторону даже десятой доли государств-членов ООН.

В-третьих, Сирия осталась единственным союзником России на Ближнем Востоке. Сокращение влияния Москвы за последние два десятилетия в этом чувствительном регионе болезненно воспринимается российской правящей элитой, которая считает, что потеря Сирии чревата полным вытеснением России из числа мировых держав-участников ближневосточного урегулирования. Несмотря на то что Москва и так уже давно играет роль «свадебного генерала» в «квартете международных посредников», тем не менее она держится за это место. Что касается роли самой Сирии для России, то еще в начале кризиса ее достаточно красноречиво охарактеризовал В.Путин (занимавший тогда должность премьер-министра). В июне 2011 года он заявил: «Посмотрите по объему товарооборота, по количеству встреч на высшем уровне. У нас нет там (в Сирии -авт.) никаких особых интересов: ни военных баз, ни крупных проектов, ни многомиллиардных капиталовложений, которые мы должны были бы защищать. Там ничего нет».

В-четвертых, сирийский кризис оказался чуть ли ни единственной международной проблемой, где от позиции Москвы реально зависит исход противостояния (по крайней мере, так было в начале сирийских событий). Поэтому Москва и захотела разыграть сирийскую карту в противостоянии с Западом. К сожалению, такой подход демонстрирует возвращение к логике холодной войны, сознательно и несознательно эксплуатируемой российской правящей элитой. И нынешнее противостояние стало одним из последних источников, из которого российское руководство сможет еще некоторое время подпитывать собственные иллюзии о международном весе России. В условиях сокращения легитимности режима В.Путина вызов России Западу «работает» не столько на внешнюю аудиторию, сколько на внутреннюю. Противостояние с Западом по Сирии находит одобрительный отклик у многочисленного консервативно-патриотического сегмента российского общества.

Сирийский режим, опираясь на поддержку России и Китая, сделал ставку на силовое подавление оппозиции в надежде быстро сломить сопротивление вооруженных отрядов (изначально немногочисленных) и восстановить «конституционный порядок». Ни о каких серьезных политических уступках Дамаск и не помышлял. Косметические реформы, проведенные под международным давлением, не затронули сути режима. Однако ставка на силу не привела к ожидаемому Дамаском результату, а лишь способствовала дальнейшей эскалации насилия и вовлечению в конфликт боевиков радикальных группировок, спонсируемых внешними силами.

Россия также не добилась прекращения насилия в Сирии. Помимо этого, Москва оказалась в дипломатической изоляции – серьезно осложнились ее отношения с Западом и многими арабскими странами, которые за редкими исключениями, ополчились против Асада.

Ситуация в Сирии складывается так, что Асаду, по всей вероятности, скоро придется покинуть свой пост. Осознание этой реальности привело к тому, что Москва в последние месяцы пыталась скорректировать свою позицию и пойти на сближение с Западом. Ловушка, в которую загнала себя Москва, блокируя резолюции в Совбезе, привела к тому, что Россия вынуждает Запад решать вопрос вне рамок ООН. То есть, выводя решение вопроса за пределы ООН, Россия фактически снимает с себя ответственность за дальнейшее развитие событий.

Как объяснить такую политику? Ответ, по нашему мнению, во многом кроется в неповоротливости государственной машины, отсутствии механизмов адаптации внешней политики к быстро меняющейся ситуации, возможности принятия адекватных и оперативных шагов. Но не только в этом. Российское руководство пытается решать внешние проблемы теми же методами, которое оно применяет к проблемам внутри страны. Самоуверенность, ставка на силу, а не на диалог, поиск внешнего врага обуславливают слабую чувствительность к изменениям общественных настроений и высокую инерцию.

Могла ли Россия предотвратить разрастание кризиса в Сирии до нынешних масштабов? И да, и нет.

Возможно, если бы Россия оказала давление на режим Асада в начале кризиса с целью быстрых и реальных (необязательно глубоких) реформ по аналогии с теми, которые провел в Марокко король Мухаммед VI в ответ на требования марокканской оппозиции, то Москва оказала бы большую услугу своему союзнику, чем блокирование резолюций в Совбезе.

Нет – потому что нынешняя Россия все еще делает ставку на «hard power», отказываясь принять изменения, которые произошли в мире за последние десятилетия. Выбирая путь конфронтации, а не сотрудничества с Западом, в рамках которого нужно уметь отстаивать свои интересы, опираясь на ум, а не на грубую силу.

России стоит как можно скорее адекватно взглянуть и на себя, и на окружающую действительность. Сохранение иллюзий вредит не только российскому обществу, которому подспудно навязываются идеи конфронтации с западным миром, но и тем, кого Россия считает своими союзниками.

Посмотреть профиль http://lukdomen.mysite.com/blank.html

Admin


Admin
О сирийском химическом оружии (по материалам зарубежных СМИ)

23 июля официальный представитель МИД Сирии Д. Макдиси выступил с заявлением, в котором сообщил, что власти САР не исключают воз-можность применения химического оружия (ХО), которым они располагают, но «только в случае агрессии извне». При этом было подчеркнуто, что си-рийское правительство ни при каких условиях не применит боевые отрав-ляющие вещества против собственного населения. Д. Макдиси также заявил, что в настоящее время имеющиеся в стране запасы химического оружия на-ходятся под надежной охраной сирийской армии, которая не допустит его попадания в руки террористов. В последующем МИД САР пояснил, что слова Д. Макдиси не стоит воспринимать как признание размещения на границах страны химического оружия, а цель его заявления состояла в том, чтобы обратить внимание мирового сообщества на попытки обвинить Дамаск в применении оружия массового уничтожения против террористических груп-пировок, мирных граждан или передаче его третьей стороне, что может стать поводом для военной интервенции против Сирии.

Заявления, прозвучавшие из Дамаска, вызвали жесткую негативную ре-акцию в мире. С предупреждениями в адрес сирийских властей в связи с уг-розой применения ХО выступил президент США Б. Обама. Глава Белого дома заявил, что использование химического оружия станет «трагической ошибкой» президента САР Б. Асада, подчеркнув, что вся ответственность за подобные действия будет лежать на нем. В Вашингтоне также решительно заявили о том, что высказывания о возможном применении ХО «полностью неприемлемы». Озабоченность заявлением сирийского МИДа высказали Ев-росоюз, Великобритания, Израиль, генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун, ряд других видных государственных и политических деятелей из разных стран. Москва «в предельно ясной форме изложила Дамаску свою позицию о недопустимости каких-либо угроз применения химического оружия», сооб-щили в МИД России. Также российские дипломаты потребовали от офици-ального Дамаска неукоснительно соблюдать обязательства САР по Женев-скому протоколу 1925 г., который запрещает использование химических и бактериологических средств.

В этой связи напомним, что Сирия является участницей Женевского протокола 1925 г., ратифицировав его в 1968 г. В то же время САР подписа-ла, но не ратифицировала Конвенцию о запрещении разработки, производства и накопления запасов бактериологического (биологического) и токсичного оружия и об их уничтожении (1993 г.) и не поставила свою подпись под Кон-венцией о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и об его уничтожении (1972 г.). В Дамаске заявляют, что не будут присоединяться к этим двум Конвенциям до тех пор, пока это не сделает Израиль, а также пока еврейское государство не подпишет Договор о нераспространении ядерного оружия. Согласно сирийской военной доктрине, ХО является оборонительным средством («оружием сдерживания») и будет применено в случае широкомасштабной агрессии Израиля против САР.

Сирия до заявления от 23 июля 2012 г. никогда официально не призна-вала наличие в стране химического оружия, но и не опровергала зарубежные сообщения о том, что обладает боевыми отравляющими веществами. По ин-формации западных СМИ, сирийский арсенал химоружия считается круп-нейшим на Ближнем Востоке. В то же время источник в Генеральном штабе ВС России сообщил, что Запад преувеличивает объемы химического воору-жения, которым обладает Сирия.

Считается, что программа создания сирийского химического оружия началась вскоре после окончания арабо-израильской войны в октябре 1973 г. Тогда сирийское руководство, осознав слабость своих вооруженных сил, по-пыталось сделать ставку на неконвенциональное оружие, в первую очередь – химическое, как наиболее дешевое и доступное. Американские источники также сообщают, что «Сирия развивает биологическое оружие. Она имеет соответствующую биотехническую инфраструктуру, позволяющую реализо-вать программу малой биологической войны».

Слабо развитая собственная промышленная и научно-техническая база обуславливает сильную зависимость Сирии от иностранного содействия в вопросах создания и производства ХО. Еще в 1970-е гг. сирийцы создали систему закупок необходимого оборудования и технологий за рубежом, пре-имущественно в странах Западной Европы, и, частично, в США. Основные усилия были сосредоточены на создании промышленной базы для производства полупродуктов, требуемых для боевых отравляющих веществ. Наиболее быстрыми темпами разработка и производство ОВ развивались в 1980-е гг., когда сирийское руководство пыталось реализовать программу достижения «стратегического паритета» с Израилем. С 1985 г. сирийцы наладили выпуск ракетных боеголовок, начиненных нервно-паралитическими ОВ. В начале 1990-х гг. в САР было развернуто производство иприта и фосфорорганических ОВ нервно-паралитического действия на основе собственного сырья и основных полупро-дуктов. По информации ЦРУ США, в последние пять лет Сирия прилагала усилия по приобретению за рубежом полупродуктов и оборудования, которые могут быть использованы для изготовления ОВ. В частности, подобные закупки осуществлялись в Нидерландах, Швейцарии, Франции, Австрии и Германии.

Немаловажно и то, что Сирия является крупным производителем фосфатов, которые используются для изготовления ОВ. Запасы этого сырья в стране оцениваются примерно в 2 млрд тонн, а ежегодное производство фосфатов составляет порядка 2-х млн тонн. Быстрыми темпами развивается и сирийская фармацевтическая промышленность, обеспечивающая потребности страны в медикаментах на 85 процентов.

Западные, арабские и турецкие разведывательные службы оценивают за-пасы боевых отравляющих веществ, которыми располагает в настоящее время Сирия, примерно в тысячу тонн. Всего на территории САР, оценочно, имеется порядка 50 объектов, связанных с разработкой, производством и хранением химического оружия. В частности, сообщается, что научно-исследовательский центр по разработке ХО находится в Дамаске, а производство боевых ОВ и их компонентов сконцентрировано в горном районе вблизи столицы, на нефтехимическом заводе в Хомсе (VX), в Хама (зарин, табун, VX), в районе Сфира южнее Алеппо и в Латакии. По информации американцев, на территории Сирии имеется порядка 10 крупных объектов, где может храниться ХО. Так, основные склады химического оружия находятся в районе Хан-Абу-Шамат восточнее Дамаска и Фурклус юго-восточнее Хомса. Кроме того, склады ХО находятся в Масьяфе восточнее Тартуса и в районе Пальмиры в центральной части страны. Имеется информация, что на базе при заводе в Сфире имеется 16 подземных хранилищ с ОВ.

В качестве возможных носителей сирийского химического оружия за-падные эксперты называют боеголовки ракет («Луна-М», «Точка», Р-17Э и ее иранские и северокорейские клоны) и авиационные бомбы. Оценочно, Сирия имеет от 50 до 100 ракетных химических боеголовок. Носителями авиацион-ного ХО называются самолеты Су-24, Су-22, Су-20 и МиГ-23БН. Имеется информация о возможном наличии артиллерийских снарядов с химической начинкой. По сообщениям зарубежных СМИ, в 1999 г. в Сирии было прове-дено практическое «учебное» бомбометание химических авиабомб, которые были сброшены истребителем-бомбардировщиком МиГ-23БН.

Руководство оппозиционной Сирийской свободной армии сообщило, что власти переместили часть химического оружия и оборудования для сме-шивания химических компонентов в аэропорты близ границ страны. Офици-альный Дамаск эти и другие сообщения о перемещении ХО опровергает.

Израиль, Иордания, Турция и страны Запада выражают растущую обеспокоенность возможной судьбой сирийского химического оружия в ус-ловиях усиливающейся в стране гражданской войны и возможного падения режима Б. Асада. Выражается опасение, что имеющиеся в САР запасы ОВ могут попасть в руки экстремистских исламистских группировок, в том числе «Хизбаллы» и местных ответвлений «Аль-Каиды». США, Израиль, Иордания и Турция проводят консультации по сирийскому ХО. В Вашингтоне заявляют: «Мы по-прежнему обеспокоены тем, как режим Асада распорядит-ся химическим оружием. Мы считаем, что оно все еще под контролем вла-стей, и не упускаем ни малейшей возможности напомнить сирийскому пра-вительству, что оно должно сохранять контроль над этими вооружениями и, разумеется, их не применять». Премьер-министр Израиля Б. Нетаньяху под-черкнул, что его правительству «придется действовать» для недопущения попадания запасов сирийского ХО в руки экстремистов, а министр обороны страны Э. Барак заявил, что Израиль рассматривает возможность военной акции, если возникнет опасность попадания сирийского химического оружия в руки террористов. Командование ВС Турции разместило вблизи границы с Сирией батальон химической, биологической, радиологической и радиаци-онной защиты.

Посмотреть профиль http://lukdomen.mysite.com/blank.html

Admin


Admin
О планах по созданию переходной власти в Сирии

Владимир Ахмедов

В то время, когда противоборствующие стороны сражаются в Алеппо (Халебе) за власть в будущей Сирии, часть национальных, региональных и международных «игроков» на поле сирийской драмы договариваются за кулисами событий о контурах новой власти в асадовской Сирии без Башара Асада.

По данным турецкой печати 26 июля, покинувший Сирию генерал Манаф Тлас совершил неожиданный «секретный» визит в Анкару. В гостевом доме турецкого МИДа он провел несколько часов в беседах с министром иностранных дел Турции Ахмедом Давутоглу и главой турецкой разведки Хаканом Фиданом. Напомним, что «бегство» М. Тласа в первой декаде июля сначала в Турцию, потом в Саудовскую Аравию, затем во Францию окутано покровом тайны. На днях М. Тлас публично выразил свое отношение к сирийской революции и будущему устройству страны, попытавшись таким образом приоткрыть полог тайны своей «измены» режиму Асада. Однако значительная часть вооруженной сирийской оппозиции, которая противостоит войскам режима и местных координационных комитетов, который организуют «мирную» жизнь на «освобожденных» территориях уже выразили ему свое «недоверие», как возможному лидеру будущей Сирии.

По тем же данным, М. Тлас внес большой вклад, якобы, раскрыв самые сокровенные тайны асадовского режима, главным образом его военной составляющей и вопросов безопасности, в дело организации коренного перелома в вооруженном противостоянии режима Асада и оппозиции, который наступил после начавшегося штурма Дамаска и взрыва здания Национальной безопасности в 12-14 числах июля 2012 года.

На упомянутой встрече обсуждались контуры будущей власти в Сирии в персонифицированном виде (состав Военного совета и переходного правительства), исходя из видения М. Тласа будущего устройства страны, которое сводится к необходимости сохранения «здоровой» части отстроенного Хафезом Асадом режима, как гарантии спасения сирийской государственности от полного разрушения и объединения на этой основе всех оппозиционных сил.

Данная информация частично подтверждается развернувшейся в последние два дня на арабских страничках в социальных сетях активной дискуссией по вопросу о различных проектах органов власти на переходный период в нескольких модификациях его персонального состава. Прежде всего, отмечается, что данный проект организации переходной власти в Сирии получил сильную поддержку со стороны Турции, Катара и Франции, которые, собственно говоря, его и инициировали через М. Тласа и его знаменитого папу- Мустафу Тласа, который многие годы был близким соратником Хафеза Асада, занимая пост министра обороны. Они же провели необходимые консультации с представительными отрядами политической сирийской оппозиции: НКК, Сирийской демократической платформой, Национальным движением за перемены, частью секретариата СНС и заручились их согласием и поддержкой.

План таков. Уходит Башар Асад, которому вместе с его родственным окружением, ряд стран ССАГПЗ, якобы, гарантировали безопасный транзит в одну из европейских стран После ухода Асада власть в Сирии осуществляют два основных органа. Это Высший военный совет и переходное правительство. Во главе Совета становится Манаф Тлас. Его заместителем назначаются либо Акиль Хашем, либо Мустафа аш-Шейх. Обсуждается также кандидатура командующего Сирийской свободной армией (ССА) Р. аль-Асаада, так же в качестве министра обороны переходного правительства. Первым политическим советником М. Тласа становится нынешний вице-президент Фарук Шараа. Второй политический советник – ветеран «Дамасской весны» и активный «пропагандист» кандидатуры М. Тласа на пост главы будущей Сирии Мишель Кило.

Во главе переходного правительства, в состав которого входит 13 министров, становится один из основателей сирийского правозащитного движения Хейсам аль-Малех. Министр обороны – полковник ВВС Касем Саад эд-Дин, представитель Объединенного военного комитета сирийской оппозиции, который перешел на сторону оппозиции в феврале 2012 года. Министр иностранных дел – бывший глава СНС Бурхан Гальюн. Министр внутренних дел – Мильхем ад-Друби из зарубежного филиала организации «Братьев-мусульман», который был в России в составе первой делегации сирийской оппозиции еще в 2011 году и встречался с сенатором и представителем президента по взаимодействю со странами Африки Михаилом Маргеловым. Министр информации – Омар аль-Кураби, глава Сирийского национального правозащитного комитета, который был членом вышеупомянутой делегации. Министр экономики – Ареф Далили. Министр финансов – Абдалла ад-Дардари, бывший вице-премьер по экономике в правительстве Н. Отри, отправленного Башаром Асадом в отставку в апреле 2011 года. Министр транспорта – Гассан Абуд, основатель и главный редактор «Orient TV». Министр по делам политических партий – Навваф Башир, который вышел из СНС в феврале 2012, основав «группу политического действия» в поддержку ССА и других отрядов вооруженной сирийской оппозиции. Министр по правам человека – Хейсам Манаа. Министр по делам вакуфов – Мухаммад аль-Хабаш, бывший депутат сирийского парламента, представитель «умеренного крыла» сирийских «братьев».

Ну, а что же Россия и Иран. Полагают, что эти две страны уже дали свое неофициальное «добро» этому плану. Некоторые сомнения, правда, внушают недавние заявления иранского руководства о том, что ИРИ не допустит свержения режима Асада. Но, с другой стороны, политический прагматизм иранского руководства хорошо известен, да и «узоры» древнейшей персидской дипломатии не стоит сбрасывать со счетов. К тому же, по некоторым данным, инициативная группа сторонников данного плана уже ведет переговоры с руководством ливанской «Хизбаллы» и не без успеха. В любом случае, позиция ИРИ в сирийском вопросе, по крайней мере в той стадии, в которой он сегодня находится, будут, на наш взгляд, во многом определятся позицией России. Что же касается России, то как следует из вышесказанного, многие персонажи переходной власти в Сирии, достаточно хорошо знакомы Москве.

Вопрос в другом. С учетом тех ожесточенных и кровопролитных боев, которые ведут конфликтующие стороны в Сирии, каждая из которых, вне зависимости от преследуемых целей, действует по принципу «до основания, а затем...», насколько высоки шансы у авторов этого плана «продать» его победившей стороне без прямого внешнего вмешательства, хотя бы в виде установления «бесполетных зон» и «зон безопасности».

Посмотреть профиль http://lukdomen.mysite.com/blank.html

Admin


Admin
Сколько продержится сирийская экономика в военных условиях

С.С.Балмасов

Одной из причин все большего вовлечения сирийцев в противостояние с режимом Башара Асада, является неспособность последнего решить экономические проблемы, обострившиеся в результате санкций Запада, Турции и арабских стран. После того, как 1 декабря почти все западные компании ушли из Сирии, Дамаск также лишился права продавать нефть в Европу, которую в основном закупала Италия. По мере усиления эмбарго финансовые активы правящего сирийского режима стали быстро таять, поскольку нефтедобыча (около 385 тысяч баррелей в день) являлась важной статьей доходов страны.

Некоторое время (по февраль 2012 г. включительно) в стране продолжала работать британская компания Gulfsands, но и она под давлением ЕС была вынуждена прекратить здесь работу. Ее упорство и нежелание три месяца следовать указаниям из Брюсселя, во многом было связано с тем, что акционером этой компании является двоюродный брат сирийского президента Башара Асада Рами Махлюф. Уже в апреле 2011 г. против него были применены первые санкции Запада, в глазах которого он служит олицетворением сирийской коррупции и одновременно одним из ключевых экономических «столпов» режима.

Попытки наладить перепродажу нефти Ирану и Китаю были относительно эффективны лишь в первые месяцы после введения эмбарго. Так, к концу марта 2012 г. от перепродажи своей нефти иранцам, которые, в свою очередь, перепродавали ее в Китай, режим Башара Асада выручил более 80 млн долларов.

Однако с уходом западных компаний уровень добычи «черного золота» неуклонно падал и по мере вовлечения все новых районов страны (в том числе и Дейр-аз-Зора) в вооруженное противостояние производство и сбыт нефти были фактически парализованы.

Вооруженное противостояние также похоронило и туристическую отрасль страны, которая в последнее время, по данным правительственных чиновников, приносила Дамаску до 5 млрд долларов ежегодного дохода. Крах туризма и нефтедобывающей отрасли, в свою очередь, усилили безработицу и социальную напряженность в обществе.

Заметную помощь режиму Башара Асада оказывает Иран. Она не ограничивается одними лишь финансовыми вливаниями: Тегеран еще в 2011 г. восполнял значительную часть потребностей Дамаска в бензине и дизельном топливе, когда страны ЕС ввели запрет на доставку сирийскому режиму горючего.

Несмотря на то, что в Сирии имеются два крупных нефтеперерабатывающих завода в Хомсе и Баниасе, они не могли покрыть потребностей страны. Кроме того, из-за начавшихся в первом столкновений, достигших своего пика в феврале-марте 2012 г., производство горючего снизилось.

После ухода из Ирака американских войск к поддержке Башара Асада все больше подключался официальный Багдад. Однако финансовой и прочей помощи, которую оказывали Сирии Ирак и Иран, явно недостаточно для поддержания режима и его многочисленных силовых структур, общая численность которых превышает полмиллиона человек. Тем более, что Тегеран и сам все больше сталкивается с негативным влиянием западных санкций.

В Сирии, между тем, все труднее достать иностранную валюту, цены на многие товары заметно увеличились по сравнению с началом 2011 г. В стране все чаще случаются перебои с продовольствием и подачей электроэнергии, еще зимой 2011-12 гг. дефицитом стали баллоны с газом.

Дело в том, что в отличие от «бензиново-дизельного» трафика, покрываемого во многом за счет танкеров с горючим из Ирана и Венесуэлы, инициаторам санкций удалось более серьезно нарушить газовые поставки. Так, в ноябре 2011 г. под действие эмбарго попала греческая корабельная компания Naftomar, доминирующая в торговле сжиженным газом в Средиземноморье.

Когда ЕС вынудил греческую компанию свернуть сотрудничество с сирийской компанией Sytrol, в ноябре, как заявили греческие источники, в сирийский порт Баниас прибыл последний принадлежащий ей танкер Gaz Explorer. Однако по мнению некоторых европейских контролеров, с этого времени она отправляла бутан в Сирию не в адрес основного объекта санкций Sytrol, а поставляла другой сирийской компании Mahrukat. Также газ в эту страну ввозили из Греции и Ливана владельцы ливанской фирмы BB Energy Бахедин и Мохаммед Бассатни.

Однако с этого времени сжиженный газ попадал на сирийскую территорию со всё большими перебоями, поскольку ЕС всерьез взялся за нарушителей эмбарго. В Сирии имеются месторождения газа в районе Дейр аз-Зор и Табьях, но после прекращения в декабре 2011 г. работы французской компании Total их эксплуатация заметно снизилась. Сами сирийцы были неспособны поддержать добычу на должном уровне.

С другой стороны, зарубежные противники Башара Асада предприняли попытки перекрыть ему денежный трафик на своей территории. Среди попавших под западное эмбарго компаний следует отметить фармацевтические компании ASIA Pharmaceutical Industries и El Saad Pharma. Обе они имею дочерние компании в Румынии и других европейских странах. На них наложили санкции, обвинив в том, что вырученные ими деньги идут на финансирование «эскадронов смерти Асада шабиха».

Чтобы решить проблему денежного голода, власти фактически мобилизовали для своих нужд значительную часть бизнеса, руководство которого тесно связано с президентом. Чтобы обеспечить стране дополнительные валютные поступления, его младший брат Махер Асад привлек группу финансистов, включая Бадлоса Халлака, владельца сети обменных пунктов в Алеппо, Мирзу Низамуддина, собственника ряда брокерских фирм в Египте и ОАЭ, а также Халеда Каддура, сына бывшего министра иностранных дел Насера Каддура. Последний отвечает за важную часть зарубежных финансовых операций режима. Так, 10 лет назад он участвовал в тайных сделках между Башаром Асадом и Саддамом Хусейном, контролируя платежи Дамаску по сделкам с контрабандой иракской нефти через ливанский банк «Аль-Мадина».

Но если раньше Каддур спасал экономику Ирака, то теперь тоже самое делает в отношении Сирии, экономическое положение которой заметно ухудшилось после ужесточения санкций в банковском секторе. По поручению Махера Асада он осуществил несколько финансовых операций в Ливане и на Кипре, что позволило режиму временно решить вопрос «валютного голода».

Кроме того, помощь режиму оказывают Рияд и Морис Асло, владельцы обменной сети Aslo, тесно связанные все с тем же Махером Асадом. Еще одним посредником в получении иностранной валюты является Амман аль-Таджер, сын бывшего главы одной из сирийских спецслужб, генерала Мустафы аль-Таджера, умершего в 2003 г.

Однако сирийскому режиму все труднее оплачивать работу многочисленных силовиков и чиновников и поэтому он все активнее обращается за помощью уже к среднему бизнесу. Так, среди таких «жертвователей» отметились Хасан Яхья Зидо, глава местной коммерческой палаты и руководитель транспортной кампании «Шахба» из Алеппо, а также владелец фабрики пластмассовых изделий, представитель местных властей Мухаммед Али Мансур, которые даже усилили к июлю 2012 г. пожертвование валюты для режима. В Дамаске подобная задача выпала Маннару Манжунаху, владельцу нескольких торговых центров и управляющему вложениями Махера Асада в недвижимость.

Трудно сказать, насколько добровольными были их пожертвования. С одной стороны, стороны представители бизнеса привязали себя к режиму, став возможными мишенями для атак оппозиции. Но с другой стороны вложения в режим являются свидетельством лояльности и индульгенцией от возможных репрессий со стороны спецслужб.

Следует учесть то обстоятельство, что хотя они и имеют прямые выходы на ближайшее окружение Асада, мало кто из таких «жертвователей» связан с властями напрямую. Исключение составляет владелец холдинговой компании «Аль-Шам» Рами Махлюф.

В условиях начинающегося товарного голода и безденежья Башару Асаду пришлось пойти на дополнительную эмиссию денежных знаков, помощь в осуществлении которой Сирии оказала Россия. Это подтвердил на своей на пресс-конференции 14 июня посол Сирии в России Рияд Хаддад. По его словам, российский Гознак напечатал для Дамаска новые купюры. Согласно информации из западных источников, это не только банкноты в 1000 сирийских фунтов, но и по 2500 и 5000 фунтов. Выпуск дополнительной необеспеченной денежной массы неизбежно усилит инфляцию и взвинтит цены внутри страны.

А события в Дамаске и, особенно, в Алеппо нанесли еще один мощный удар по сирийскому режиму. До сих пор сравнительное спокойствие по сравнению с другими районами в последнем было предметом гордости Башара Асада. Благодаря ряду превентивных мер со стороны как центральных властей, так и местного руководства (например, поэтапное снижение налогов) местный суннитский бизнес воздерживался от участия в антиправительственной деятельности.

Однако затянувшееся противостояние губит деловую активность. Многие из бизнесменов, прежде связанных с Турцией, мечтают о скорейшем восстановлении торговых отношений с этой страной. А это в обозримой перспективе возможно лишь с уходом нынешнего режима. И хотя большинство видных деловых людей Сирии воздерживаются от участия в борьбе против Башара Асада, в нее, как показывают данные правительственных сирийских источников, все активнее вовлекаются представители малого бизнеса.

Причем бои в Алеппо, финансово-экономической столице Сирии, наглядно показывают, что противостояние достигло наивысшей точки за все время сирийского кризиса. С большой долей вероятности можно утверждать, что после этого нового удара сирийской экономике будет крайне трудно оправиться.

Не исключено, что в скором времени за представителями малого бизнеса могут последовать и деловые люди большего «калибра», как это сделал находящийся в ОАЭ (Дубай) бизнесмен сирийского происхождения Сулейман Мааруф, племянник генерала Мохаммеда Насифа Хаяра Бека, который с мая 2011 г. на свои деньги пытался доставить оружие в Дераа и Хомс. Потерпев неудачу в ЮАР, он добился своего, купив все необходимое на черном рынке в Ливане.

И хотя расчеты тех, кто планировал санкции, что они вызовут отторжение сирийских финансовых кругов от правящего режима, в полной мере пока не оправдались, эмбарго уже нанесло стране больший вред, чем действия боевиков.

При этом Запад использовал далеко не все свои санкционные козыри (например, до сих пор не перекрыты системы электронных переводов денег Swift и Western Union, благодаря которым в Сирию продолжают поступать деньги из-за рубежа). Но даже в таком половинчатом виде эмбарго уже серьезно повредило сирийской экономике.

Как отмечали накануне принятия декабрьских санкций 2011 г. эксперты французских спецслужб, власти Сирии попросту не были готовы к такому повороту событий. Учитывая ориентированность сирийской экономики на торговлю с Западом, Турцией и рядом арабских стран, ни Москва, ни Пекин, ни Тегеран не могут оказать Дамаску существенную помощь, которая позволит ему выстоять в среднесрочной перспективе.

Сейчас становится очевидно, что эта привязка и оказалась во многом губительна для режима. Ведь протест многих сирийцев, особенно из неблагополучных пригородов Дамаска и Алеппо, связан не в последнюю очередь с политикой наибольшего благоприятствования, которую в определенные периоды своего правления Башар Асад проводил в отношении турецких товаров в ущерб разоряющимся местным производителям.

Положение для власти еще больше усугубляется тем, что она, не исправив собственных ошибок, изначально объявила оппозицию «сборищем иностранных террористов и уголовных элементов» и безуспешно пытается подавить ее исключительно силой.

Посмотреть профиль http://lukdomen.mysite.com/blank.html

Admin


Admin
О роли саудовских спецслужб в событиях в Сирии

Ю.Б.Щегловин

Сообщения проасадовских сайтов о том, что руководитель Управления Общей разведки (УОР) КСА принц Бандар «ликвидирован доблестной сирийской разведкой в отместку за организацию резонансного теракта в Дамаске в отношении сирийских силовиков» можно смело считать еще одним превосходным образчиком информационной войны. Принц Бандар жив-здоров, чего однако совершенно не желает своему заклятому врагу Башару Асаду.

Заметим, что с усилением боев в Сирии пропорционально увеличивается и виток пропагандистско-информационной войны. При этом методы становятся все более незатейливыми и непрофессиональными. Этим грешат все стороны конфликта, в связи с чем сообщения арабских СМИ все более становятся похожими на новости «с восточного базара». Вообще в этих новостях всегда присутствует одна ясно выраженная особенность, которая присуща Востоку, - в них охотно выдают желаемое за действительное.

Принц Бандар – безусловно, знаковая фигура в саудовской иерархии. Его назначение на должность руководителя саудовской разведки в июле с.г. после долгой опалы является далеко не случайным эпизодом. По его возвышениям и отставкам можно четко делать выводы о том, какого курса в отношении Сирии сейчас придерживается саудовское руководство. В период компромисса с Дамаском по вопросу прихода к власти в Ливане ставленника Эр-Рияда Саада Харири Бандар был вынужден уйти «в тень», его антиасадовская риторика была не к месту и противоречила генеральной линии короля Абдаллы «по сближению с Дамаском». Когда этот тренд выдохся, вновь понадобился «железный» Бандар. Собственно сейчас он занимается крайне важной для королевства работой: через свои высокопоставленные связи на Капитолийском холме аккуратно прессингует американцев в сторону ужесточения их позиции по отношению к режиму Асада; организует через сеть подконтрольных ему фондов наем «добровольцев», переориентирование усилий «Аль-Каиды» на «сирийское направление»», а также оплачивает переброску из Ливии в Сирию боеприпасов и вооружения для повстанцев.

Для режима в Дамаске Бандар заклятый враг, и естественно, что там желают его скорейшей гибели. Но сирийская разведка не в состоянии организовать и провести сейчас такую операцию в Саудовской Аравии. Она также развалилась на алавитские и суннитские фрагменты, и сейчас тех, кто остался на стороне Асада больше волнуют внутренние моменты, или ситуация на базах Сирийской свободной армии (ССА) в Турции, на крайний случай. Проводить очень дорогостоящие и рискованные операции по нейтрализации своих высокопоставленных врагов на их же территории сирийские спецслужбы сейчас просто физически и материально не в состоянии. А вот Бандар может, и даже несколько раз демонстрировал это в период, когда режим Асада был еще «в порядке». Достаточно вспомнить теракты в Алеппо и Дамаске около полутора лет назад, которые провели неустановленные «исламисты». Кстати, организаторы и исполнители были арестованы сирийскими властями, дали показания на заказчиков, в том числе и на Бандара, но Дамаск тогда решил не «давать ход делу» - наступала эра временного саудовско-сирийского потепления.

Тем не менее, план Бандара, в необходимости и правильности которого он сумел убедить Вашингтон и Анкару, по захвату Алеппо и создания «буферной зоны» проваливается. Мы уже объяснили один чисто технический момент, который это объясняет: преимущество режима в тяжелой военной технике и авиации. Но есть и политический момент – судя по всему, крупная торговая буржуазия Алеппо в массе своей оппозиционеров не приняла, и здесь боевики повторяют неудачный опыт Шамиля Басаева в Дагестане в 1999 году. Налицо четкая недооценка потенциала противника и преувеличение числа своих сторонников среди местного населения.

Уже писалось о том, что США и Турция испытывают жесткий дефицит достоверной развединформации по Сирии. Несмотря на снабжение повстанцев шифрованными средствами коммуникации (и соответственно технический съем и анализ переговоров, которые ведут между собой боевики), у американского разведсообщества нет надежной агентурной сети в Сирии. Те перебежчики или оппозиционеры, которые наперебой сообщают об агонии режима, естественно таковыми не являются. Наступать снова на «иракские грабли», когда на основе «разведсообщений» оппозиции выходила, мягко говоря, необъективная картинка происходящего, в ЦРУ США явно не хотят. Поэтому основным источником поступления агентурной информации являются саудовские спецслужбы, которые получают массив информации от «добровольцев» - джихадистов. Чеченский опыт показывает, что процесс переправки и деятельности этих «добровольцев» носит хорошо организованный характер, который включает в себя и четкое и непредвзятое информирование Эр-Рияда о ситуации «на местах». С большей долей уверенности можно констатировать, что аналогичным образом дело обстоит и в случае с Сирией. А это означает, что Бандар, как руководитель саудовской разведки, в большей части монополизировал поставку агентурной информации Вашингтону, а значит, в состоянии манипулировать информацией в свою пользу. Это крайне опасно.

Кстати, прокомментируем появившиеся сообщения, что на стороне боевиков воюют уроженцы Северного Кавказа. Естественно, что они в Сирию ниоткуда не приезжали. По крайней мере, в своей основной массе. Это те боевики и члены их семей, которые в свое время воевали на Северном Кавказе, а затем перебрались в Сирию, где и осели в большинстве своем в качестве учеников исламских университетов. Соответствующие запросы об их экстрадиции или высылки из Сирии со стороны Москвы сирийские власти либо игнорировали, либо реагировали крайне вяло. И теперь за это расплачиваются. Собственно, это еще один пример того, насколько сирийский режим такой уж «преданный нам союзник».

Посмотреть профиль http://lukdomen.mysite.com/blank.html

Admin


Admin
О ситуации в Сирии

Ю.Б.Щегловин

Конфликт в Сирии между режимом Башара Асада и оппозицией все больше и больше идет по «ливанскому варианту»: происходит окончательное размежевание сторон по конфессиональному признаку. Армия вслед за населением фактически развалилась на «суннитскую» и «алавитскую» части. Война идет теперь между общинами с все возрастающей составляющей «пришельцев из-за рубежа»: йеменцев, ливийцев, иорданцев и иракцев. Классическая картинка недавнего Ирака, но с другим знаком: Саддам Хусейн на свою беду был суннитом, отсюда и поддержка США и их союзниками по НАТО шиитов и курдов. В Сирии Вашингтон на стороне суннитов. И здесь во главу угла ставится вопрос противодействия с Ираном, чьим верным союзником уже на свою беду является Башар Асад.

Из тех противоречивых и противоположных пропагандистских выпадов, которыми обмениваются сейчас режим и оппозиция, вырисовывается следующая картина происходящего в стране. Попытка создания из Алеппо второго Бенгази или Мисураты терпит провал. Интересно, но ливийский сценарий в Сирии пытались повторить практически по всем пунктам, включая начало «генерального наступления» в месяц рамадан. Боевики оказались заблокированными в суннитских кварталах города (и то только в двух, судя по сводкам). Армия, используя авиацию и танки, методично их из этого оплота выдавливает. И выдавит, что бы не говорили представители командования Сирийской свободной армии (ССА). Даже очень малочисленная регулярная армия, обладая превосходством в воздухе и тяжелой технике, сделает это рано или поздно. В случае с Алеппо мы видим, что далеко не все кварталы поддержали восстание, а это в свою очередь опровергает информацию о том, что «все Алеппо перешло на сторону повстанцев, и дело Асада проиграно автоматически». Это не совсем так, пока мы наблюдаем скорее агонию восстания. Как бы в подтверждение этого, сирийские силовики взяли под контроль КПП на турецкой границе, тем самым отрезав повстанцев от «тыловой подпитки». Рухнул план создания сирийского аналога «тропы Хо Ши Мина». Безусловно начало восстания было инспирировано Эр-Риядом и Анкарой в надежде на то, что сирийская армия, обескровленная дезертирством, не сможет воевать на много фронтов (а восстание в Дамаске будет длительным, чего не произошло) и Алеппо получит временную передышку, что даст возможность оппозиционерам закрепится и создать свободный «буферный анклав» внутри Сирии. И вот с этого плацдарма можно было бы и получать тыловую поддержку из-за границы, и пытаться атаковать сирийские войска. Но отсутствие авиаподдержки (в отличие от Ливии) и губит все эти планы. Кстати, если бы подджерки авиации НАТО не было и в Ливии, судьба ливийской «революции» была бы печальной.

Отсюда простой вывод о том, что режим Асада дошел до той крайней точки своего выживания, когда практически все участники противодействия определились в своих позициях, и ближайшие месяцы очень четко проиллюстрируют нам, достаточно ли искренних сторонников у режима для того, чтобы отбивать партизанские рейды и гасить очаги открытого сопротивления в городах. То же самое касается и оппозиции, но есть три «но». Первое – это степень верности Асаду летчиков и танкистов. В этой связи важен факт статистики этнического состава этих частей. Второе – количество иностранных наемников (в Сирии действуют, в подавляющем большинстве, именно наемники, а не борцы за идею) и оружия, которое будет поступать в страну в ближайшее время. Судя по всему, Саудовская Аравия сумела убедить Турцию в том, чтобы она предоставили свою территорию для этого транзита. И без Вашингтона здесь не обошлось. Третье «но» является на сегодняшний день маловероятным и подразумевает согласие России на объявление в Сирии «бесполетной зоны». Всерьез воспринимать слова руководства оппозиции о том, что режиму не хватит боеприпасов и горючего, не будем, поскольку в отсутствии режима санкций – это вопрос техники и свободных иранских финансов.

При этом заметим, что оружие в Сирию для повстанцев в основном поступает из Ливии через территорию Турции. Это вооружение и боеприпасы советского образца, коим склады в Ливии переполнены. Но самое удивительное, что переброска этого оружия идет торговыми судами сирийского флота. В частности, в этих операциях активно задействована ISMGroup, которая приписана к порту Тартус. Эта компания сыграла большую роль в организации летнего наступления боевиков на Дамаск и Алеппо. Ее корабли совершили несколько рейсов с оружием, и как теперь представляется, с наемниками. 16 июля с.г. ночью из Бенгази в Турцию вышло с оружием судно «Леди Раша». Правда, под флагом Танзании. Три дня спустя «Амаль Мун» вышло из Триполи в Турцию с аналогичной целью. Кстати, корабль «Летфалах2», захваченный в апреле с.г. ливанскими пограничниками, также принадлежит ISMGroup. Из других сирийских судоходных компаний, которые задействованы в этих операциях, отметим «Реалистик Стенд Шиппинг» (приписана к Тартусу, рейс корабля «Trustworthy» из Триполи в Турцию совершен 16 июля); STTM (Латакия, «Ангел Сехам» вышел из Триполи 10 июля с.г). «Летфалах4», приписанный к Хомсу, 16 июля с.г. вышел из ливийской столицы в Турцию.

Таким образом, подтверждается лишь ранее высказанный нами тезис о том, что война в Сирии превращается во все более прибыльный бизнес-проект. Говорить здесь о какой-то идеологической подоплеке можно, но очень аккуратно, поскольку, например, та же ISMGroup возит оружие и для режима Асада.

Посмотреть профиль http://lukdomen.mysite.com/blank.html

Admin


Admin
О развитии ситуации в Сирии

Ю.Б.Щегловин

Сирийские войска начинают третий этап по зачистке Алеппо. Как мы и предполагали, полевое командование Сирийской свободной армии (ССА) объявило о выходе боевиков из города, мотивируя это решение «стремлением избежать ненужных потерь». Собственно такое развитие событий было предопределено безусловным превосходством правительственных войск в тяжелой технике и авиации. Это ключевой момент, который позволяет Дамаску успешно отбивать нападения повстанцев практически на всех направлениях. Его принципиальность для дальнейшей борьбы в очередной раз признал председатель Сирийского национального совета (СНС) А.Сида, который вновь призвал «друзей Сирии» объявить «бесполетные» и «буферные» зоны в районах, которые граничат с Иорданией и Турцией. Последние превратились в основной тыловой оплот боевиков, через который идет основной поток подкреплений и оружия. Госсекретарь США Х.Клинтон «в запале» обещала изучить этот вопрос, хотя ожидать такого решения от Белого Дома в разгар предвыборной кампании маловероятно. На самом деле такой шаг будет означать полномасштабное участие американских ВВС в сирийском конфликте без соответствующего мандата ООН и одобрения двух политических тяжеловесов России и Китая. Реакция последних на такое решение предсказуема, собственно, поэтому и к берегам Сирии были посланы их боевые корабли. Не будем забывать и про базу ВМФ РФ в Тартусе. Плюс заметим резкую реакцию Багдада на такие заявления А.Сида, который предупредил «об ответственности за принимаемые решения, которые в состоянии ввергнуть регион в затяжной конфликт». Если называть вещи своими именами, то это означает, что иракские власти не останутся при таком сценарии в стороне и интенсифицирует свою поддержку сирийскому режиму.

Малопредсказуема и реакция курдов на такое развитие событий. Очевидно, что повстанцы, свергнув режим Башара Асада, не остановятся на достигнутом и начнут активничать в курдском анклаве, стремясь установить над ним свой контроль. Это вызовет более плотное втягивание в конфликт Эрбиля, который в настоящее время играет «на два фронта»: с одной стороны полностью поддерживает оружием и боевиками сирийских братьев, а с другой идет на резкое сближение в вопросах безопасности с Вашингтоном и Анкарой. Играть в такие рискованные игры с перспективой войти (вольно или невольно) в прямое боевое столкновение с российскими или китайскими военными моряками было бы очень необдуманным решением со стороны Вашингтона. В этой связи предположим, что США остановятся в своей стратегии на формате активизации подрывных операций. Что собственно они уже и делают, как через территорию Турции, так и через базы в Иордании. При этом обратим внимание на сообщение о появлении в Сирии на стороне повстанцев «Моджахедов иранского народа». Организация, которая давно и плотно находится под контролем ЦРУ США, и чей последний лагерь подготовки был не так давно ликвидирован в Ираке по прямому указанию центрального правительства в Багдаде.

Вернемся к событиям в Алеппо. То, что там происходит, свидетельствует о разобщенности в действиях повстанцев. Полевые командиры ССА, которые непосредственно находятся в эпицентре боевых действий, заявляют «о временном тактическом отступлении», тем самым фактически признавая провал реализации молниеносного «ливийского сценария». Верховный командующий ССА в Анкаре полковник Рифаи аль- Асаад напротив заявляет о том, «что захват Алеппо продолжается». Даже с учетом того, что «турецкая часть» ССА в большей степени «работает» на пропаганду, чем на планирование реальных боевых операций, такое разночтение в оценках недопустимо. Сам Р. аль-Асаад, будучи в бытность свою службы в сирийской армии техническим специалистом ВВС, навряд ли может эффективно планировать и руководить именно полевыми боевыми действиями. Он служит своеобразной «говорящей головой», чем, безусловно, раздражает полевых командиров, которые периодически заявляют о выходе из-под его командования не только де-факто, но и де-юре.

В Алеппо боевики продолжают удерживать позиции в трех-четырех городских кварталах. Мы стоим накануне третьего, решающего этапа по их зачистке и, судя по всему, полевые командириы ССА в Алеппо осознают все негативные для них последствия этого. Попытки проводить контратаки с целью создания коридоров выхода основных сил свидетельствуют о том, что повстанцы заблокированы. Они испытывают проблемы с боеприпасами и продовольствием. Танки, которые они захватили у сирийской армии, без снарядов и топлива становятся бесполезными игрушками. Да и при наличии всего необходимого, они были отличными мишенями для правительственной авиации: ведь средств ПВО у повстанцев нет. Это, кстати, еще один будущий этап подрывной войны, и вскоре, по нашей оценке, ССА получит в свое распоряжение переносные комплексы ПЗРК «Стрела». Коренного перелома это в баланс сил не принесет, но неприятностей у авиации режима прибавится.

Именно по причине такой ситуации боевики и проводят отвлекающие атаки с попыткой захвата телевидения, аэропорта и административных зданий. Их основная цель сейчас – вывести с минимальными потерями основной массив живой силы и рассредоточить ее в сельской местности. Операции по перерезанию дороги Латакия-Алеппо и блокированию военного аэродрома тоже являются подобными попытками. Естественно, что все эти блок-посты будут в ближайшее время уничтожены боевыми вертолетами и танками правительственной армии. Отметим и фактор «разношерстности» повстанцев, у которых отсутствует единое командование в классическом понимании, и которые часто действуют по собственному наитию, блокируясь с коллегами только на период проведения конкретных операций. Ну и общие стратегические ошибки командования ССА. Блокировать дорогу из Латакии на Алеппо и базу ВВС в окрестностях города, было необходимо синхронно с началом восстания, а не на его финальной стадии. Что касается авиабазы, то ее необходимо было захватывать фактически накануне восстания, бросив на это основную часть сил и средств. Как представляется, итог контратак ССА предсказуем, и основная фаза боевых столкновений в городе завершится к концу августа-началу сентября с.г.

Посмотреть профиль http://lukdomen.mysite.com/blank.html

Admin


Admin
Уроки сирийского сопротивления

П.П.Львов

Прошло почти полтора года с начала вооруженного конфликта в Сирии. В отличие от Египта и Туниса, где подобные события прошли весьма скоротечно, и Ливии, где война растянулась на полгода, но все это окончились сменой режимов, сирийское правительство продолжает удерживать власть и контролирует большую часть территории страны, не давая мятежникам и иностранным наемникам скинуть правящий режим. Хотя большинство аналитиков и политических деятелей Запада, Турции и арабских стран Персидского залива предсказывали падение Б.Асада в течение года с момента начала волнений в Сирии. Конфликт явно затягивается, причем предсказать его исход сейчас вряд ли кто-то сможет, как и время, когда победит та или иная сторона. Пока что ясно одно – никто не намерен уступать и садиться за стол переговоров, что предусмотрено многочисленными планами ЛАГ, ООН, различными международными инициативами. Причем в последнее время даже телеканалы «Аль-Джазира», «Аль-Арабийя» и другие СМИ существенно уменьшили объем материалов по ситуации в САР, а зачастую даже не выносят ее на первое место в своих выпусках.

Еще несколько недель назад казалось, что Б.Асад, его ближайшее окружение и военное командование вот-вот на грани бегства или потери власти, а боевики ССА (Сирийской свободной армии) захватят Дамаск и Алеппо. Эти ожидания особенно возросли после теракта в Дамаске в июле, унесшего жизни видных сирийских силовиков, боевых действий на окраинах Дамаска и в Алеппо, бегства бывшего сирийского премьер-министра и ряда других видных деятелей режима в соседние Иорданию и Турцию. Но власти страны и армия смогли перегруппироваться и нанести мощный ответный удар по отрядам ССА и других мятежников, нанеся им большие потери в живой силе и выбив их из крупных городов страны. Таким образом, «ливийский сценарий» свержения режима не проходит в отсутствие фактора открытого военного внешнего вмешательства в САР в виде навязывания бесполетных зон и нанесения авиаударов НАТО по позициям сирийской правительственной армии и важнейшим объектам военной структуры страны. Это наглядно доказывает, что без иностранной интервенции, будь то ракетно-бомбовые удары Запада по Сирии или же вторжения крупного турецкого воинского контингента на ее территорию для захвата основных городов страны, нынешнее сирийское руководство в принципе может и подавить вооруженный мятеж исламистских боевиков и наемников из ряда арабских и исламских стран, даже если они будут получать оружие из Турции, Иордании и Ливан, щедро закупаемое на деньги Саудовской Аравии и Катара.

Скорее всего, и М.Каддафи смог бы подавить мятеж своих противников из Киренаки, объединившихся вокруг окопавшихся в Бенгази вокруг пестрой по своему составу верхушки оппонентов полковника, если бы не введение бесполетных зон через резолюцию СБ ООН, не ежедневные натовские воздушные удары по позициям ливийских правительственных войск, направление в Ливию коммандос из ряда стран, включая спецназ из Катара. Проигрыш Каддафи – это вовсе не победа ливийской «революции», а результат иностранной интервенции, причем со стороны самого мощного в мире военного блока, имеющего огромное военное и технологическое преимущество над Триполи, причем при огромных денежных вливаниях все тех же Саудовской Аравии и Катара оппозиционерам. Если бы Каддафи с самого начала применил жесткую военную силу и на первом этапе конфликта ввел бронетехнику и войска в Бенгази и Тобрук, то и сейчас бы правил Ливией. Но он понадеялся на более мягкий вариант. Причем даже альянс НАТО – ССАГПЗ не мог его одолеть, пока в войну срочно не вмешались США, внеся решающий вклад в уничтожение ливийской военной инфраструктуры. Как мы помним, Англия и Франция одни не могли добиться перелома и запросили срочное вмешательство «старшего» союзника. Как и в свое время только прямое вторжение США в Ирак и его оккупация американскими войсками в 2003 году смогли привести к свержению С.Хусейна, который уже вовсю реализовывал схему по выходу Багдада из режима санкций, введенных СБ ООН.

Но, в отличие от иракской армии и войск Каддафи, сильно ослабленных санкционным режимом и технологически находившихся где-то в начале 80-х годов и не имевших ПВО и реальной авиации, вооруженные силы САР вполне в состоянии дать отпор внешней агрессии, в том числе и нанести существенный ущерб ВВС НАТО. Кроме того, что бы не говорили западные и аравийские СМИ о массовом дезертирстве из сирийской армии, в целом правительственные войска смогли сохранить свою боеспособность. Более того, в ходе внутреннего конфликта появилось целое новое поколение генералов и старших офицеров, получивших опыт ведения боевых действий в городских условиях, Хотя для этого пришлось учиться прямо в «поле», не имея ни подготовки, ни опыта. Ведь предыдущее командование было ориентировано в основном на возможный конфликт с Израилем. И, если представить, что внешнего военного вторжения не случится, внутренняя война в Сирии все больше будет развиваться по алжирскому сценарию 1992 – 1998 годов, когда всем казалось неизбежное крушение правящего режима, унаследовавшего власть из периода социалистических преобразований (где-то похоже на построение арабского баасистского социализма в САР в период Асада – старшего), под ударами исламистских сил во главе с Фронтом исламского спасения (ФИС ), на стороне которого воевали не столько боевики, «воспитанные» внутри АНДР, но и т.н. арабские моджахеды, то есть алжирцы и другие арабы, прошедшие через войну в Афганистане, и после ухода советских войск оттуда «потерявших» врага, что и побудило их вернуться домой и начать борьбу против собственного правительства, светского по своей сути. Фактически исламисты уже открыто воевали в пригородах алжирской столицы и внутри крупнейших городов АНДР, но армия устояла, хотя из той же Европы раздавались призывы к «демократии», подавляемой военной диктатурой, разогнавшей алжирский парламент в 1992 году, что в тот период означало бы переход власти в руки радикальных исламских партий мирным путем. Война длилась много лет, но в конечном счете армия взяла верх, в том числе и потому, что большинство алжирского населения, включая кабильское национальное меньшинство, не хотело жить под диктовку законов шариата. Светский путь развития, основанный на европейских цивилизационных ценностях, алжирцам оказался дороже салафитской модели общественного устройства.

Практически то же самое можно наблюдать сейчас в Сирии, где значительное число суннитского населения не идет за «Братьями – мусульманами», опасаясь введения в стране законов и норм жизни, скопированных в Саудовской Аравии или Катаре. Даже недолюбливая Б.Асада и его режим, сирийские сунниты предпочитают более светскую модель развития и европейский стиль жизни (хотя и с местным колоритом). А для весьма значительной части населения в лице национальных и религиозных меньшинств, будь то курды, армяне, черкесы, алавиты, друзы, шииты и христиане, приход к власти исламистов означал бы конец того значительного социального, политического, культурного и гражданского равенства, которым они пользуются благодаря нынешнему режиму.

Что весьма важно – внутренний конфликт в стране не поддержал средний класс, от позиции которого во многом зависит выживаемость любого режима. При клане Асадов он мог спокойно жить и работать и достаточно успешно процветал. Ожидать такого же от радикальных исламистов сирийский средний класс не может. Ему нужна стабильность и достаточная свобода, а возможные ограничения, основанные на религиозных догмах, только скуют возможности для развития.

Внутри самой оппозиции нет ни единства взглядов на будущее устройство Сирии, ни яркого лидера, способного стать выразителем интересов всех ее отрядов и фракций. Поэтому так и не найден ответ на вопрос – с кем можно вести диалог, если бы он начался? «Братья-мусульмане» хотят одного, либералы прозападной ориентации другого, а ССА – третьего. Да и внутри каждой из этих сил есть свои разногласия. Первоначально взявший на себя функции своеобразного координатора оппозиционной коалиции Б.Гальюн, десятилетия живший в эмиграции, с этой ролью не справился. Другие деятели, попытавшиеся его заменить, тоже не потянули с ролью единого лидера. При этом, учитывая особую роль Саудовской Аравии и Катара в финансировании «революции» и поставке на ее нужды боевиков и оружия, идет все большая исламизация и радикализация оппозиции.

Помимо вышеуказанных внутренних факторов, способствующих выживанию нынешнего сирийского режима, не менее значительную роль играют и внешние обстоятельства. Во-первых, Израиль не стал поддерживать планы по свержению Б.Асада, с которым в принципе можно было бы договориться о мире. Воевать еще раз с Израилем Дамаск в любом случае не собирался. А вот приход к власти в САР радикальных исламистов, тем более когда в Египте «Братья – мусульмане» уже взяли власть и издают призывы к замораживанию отношений, если вообще не разрыву мирного соглашения с еврейским государством, вряд ли обрадовал бы израильтян. Да еще на фоне усиления палестинского крыла « Братьев» в лице движения ХАМАС, подъема исламистских настроений в Иордании и укрепления ХИЗБАЛЛЫ в Ливане.

Во-вторых, принципиальная позиция России при поддержке Китая на недопущение принятия резолюции СБ ООН по 7-й Главе Устава ООН как международного зонтика для прикрытия иностранного вооруженного вмешательства во внутрисирийские дела, введения бесполетных зон на воздушным пространством САР и инструмента тотальной блокады и санкций в отношении Дамаска. РФ и КНР уже дважды использовали право вето в Совете Безопасности для срыва такого рода проектов резолюций, а также не стали участвовать в различных сборищах типа конференций «друзей Сирии», куда приезжают только представители сирийской оппозиции, но отсутствуют представители законного правительства страны. При этом в Москве не отказались от контактов с самой сирийской оппозицией, точнее той ее частью, которая непосредственно не участвует в акциях боевиков террористического характера, одновременно сохранив полноценный диалог с официальными сирийскими властями. Москва поддержала и план К.Аннана как посредника ООН/ЛАГ и миротворческую миссию ООН в Сирии. Позиция РФ достаточно ясная – сирийцы сами должны урегулировать свои проблемы без иностранного военного вмешательства извне, желательно путем диалога между противоборствующими сторонами. Хотя на сегодня вполне понятно, что отряды оппозиции на переговоры с правительством не пойдут, даже если их организовать под международной или арабской эгидой.

Опыт с Ливией показал – устные заверения натовских лидеров ничего не стоят, а резолюции СБ ООН они интерпретируют иначе, чем то , что в них записано. Но такая позиция России и Китая вовсе не означает, что Москва и Пекин выстраивают свою линию только потому, что не хотят свержения правительства в стране, которая исторически считалась союзником на Ближнем Востоке. Объяснение стоит искать глубже – в собственных интересах и опасениях РФ и КНР, причем глобального плана. Войны в Ливии и Сирии – это фактически полигон для отработки США и их союзниками по НАТО новой схемы мироустройства, где верховенство (в существующих на сегодня нормах международного права) принципа уважения государственного суверенитета должно замениться понятием целесообразности иностранного вмешательства во внутренние дела других государств под предлогом гуманитарной целесообразности. Если говорить проще – тот или иной режим можно заменить на другой либо путем организации «цветных» революций (частично апробировано в Сербии, на Украине, в Грузии и в Центральной Азии), либо, если «революционеры» не могут добиться поставленной задачи, осуществить вмешательство, вплоть до использования военных методов: от бомбардировок и уничтожения с воздуха вооруженных сил и их объектов до прямой вооруженной интервенции сухопутными войсками. Определять необходимость этого «гуманитарного» вмешательства призвана не ООН, а НАТО, или некая международная коалиция в обход ООН. Вчера это была Ливия, сегодня – Сирия, завтра наступит очередь Ирана, а там очередь может дойти до России и Китая. Осуществлять военное вторжение в РФ и КНР пока никто не посмеет из-за наличия у обеих стран ядерного оружия. Но организовать выступления оппозиции, хорошо ее профинансировав, разжечь конфликты на религиозной или этнической почве в таких мультиконфессиональных странах как Россия и Китай, в том числе при помощи денежных вливаний из стран Персидского залива, готовых поддерживать исламистов во всем мире, не так сложно. Тем более еще свежи воспоминания о том, кто щедро финансировал боевиков и направлял наемников из арабских и исламских стран в Чечню для поддержания там пламени сепаратистского мятежа. Многие бывшие боевики до сих пор спокойно проживают на территории ряда аравийских монархий, например, многочисленные (несколько сот человек) сторонники бывшего «президента» т.н. Ичкерии З.Яндарбиева в Катаре.

Свою роль играют и другие внешние факторы, помогающие Б.Асаду избегать тотальной международной изоляции. Речь идет о заинтересованности Ирана в его сохранении у власти, т.к. в Тегеране прекрасно понимают, чем грозит замена правящего алавитского клана на «Братьев – мусульман», которые сразу же прекратят союзнические отношения с шиитским Тегераном. Началось брожение и в соседнем Ливане, который и так не может «отойти» от своих регулярных межконфессиональных разборок. Все прекрасно понимают – конец правления Б.Асада вполне может привести к новому расколу Ливана и началу там очередной войны. Да и у основного арабского спонсора сирийских мятежников – Саудовской Аравии – дела идут совсем не гладко, особенно в последние недели. Король тяжело болен, и неизвестно, чем закончится для него последнее обострение состояния здоровья. Наследный принц после смерти своего предшественника не может добиться позиции консолидирующей персоны в правящем клане Аль Саудов. Каждый из узкого круга королевской семьи тащит одеяло на себя. А тут еще новое обострение ситуации в Восточной провинции, где подавляющее большинство населения составляют шииты и где добывается почти вся нефть КСА. Да и на границе с Йеменом хоуситы – шииты не дают покоя. По мнению многих аналитиков, знающих этот регион, возможная кончина саудовского короля и разногласия в правящем клане на фоне шиитских волнений в Восточной провинции вполне могут привести к развалу королевства, во многом созданного искусственно 80 лет назад из разнородных частей Аравийского полуострова. По некоторой информации, карта новых образований на территории КСА, составленная на основе старых британских схем колониальных времен, уже якобы существует. Тем более молодое поколение саудовцев требует модернизации и демократических перемен, не желая оставаться пленником давно устаревших норм консервативного ваххабизма. Тут уж не до арабских революций и Сирии, когда вот-вот в собственной стране может начаться своя «весна». Даже в относительно благополучном Катаре, еще одном главном финансовом и идейным спонсоре сирийского мятежа, дела не так уж хороши, учитывая, что эмир Хамад все чаще переживает обострения тяжелой формы диабета, постоянно исчезая с публики, а наследник явно не набрал нужного веса, чтобы сменить отца. Да и внутри княжеского клана не затихают свои разногласия. Главный проводник жесткой катарской линии в процессах арабской «весны» - премьер страны Х. Бен Джассем – явно устал и удручен тем, что сирийский режим продолжает держаться у власти и даже не подошел к черте, переход за которую означал бы невозможность подавить или раздавить боевиков.

Поэтому, судя по всему, запас прочности у Б.Асада и его сторонников еще не исчерпан. А у ССА явно не хватает сил, чтобы добиться военного перелома в сражениях с правительственными войсками. Да и приток «бойцов» не может продолжаться бесконечно. Ее ряды несут сильные потери, которые уже не восполняются. Налицо растерянность. Окопавшееся в Турции руководство оппозиции тоже не знает, что делать дальше. Отсюда – призывы, исходящие от нее и аравийских монархов к США срочно вмешаться. Без американской военной машины режим в Дамаске скорее всего не сломать. А США пока на это не идут, помня уроки Ирака и Афганистана. Еще одну войну в регионе Вашингтон просто не потянет. Даже если вытеснить сторонников Асада из Дамаска, это еще не конец войне. Басисты, силовики, армейские части, национальные и религиозные меньшинства начнут сопротивление по всей стране. Нельзя исключать, что все это не закончится распадом Сирии на анклавы с негативными последствиями для соседних стран. Особенно это опасно для Турции и Ирака, где остро стоит курдская проблема. В Сирии курды уже де-факто контролируют ситуацию в местах своего компактного проживания вдоль границы с Турцией и Ираком, получив на это молчаливое согласие из Дамаска. Это подстегивает иракских курдов к реализации давней мечты об отделении от Багдада и создании своего независимого государства. Можно только предполагать, что затем случится в турецком Курдистане. Создание большого курдского государства из турецких, иракских, иранских и сирийских районов с населением в 30-35 млн. чел., чуть ли не в самом центре Ближнего и Среднего Востока, богатого нефтью и имеющего выгодное стратегическое положение, означало бы полную перекройку карты региона с далеко идущими геополитическими последствиями для всего мира. Возможно именно поэтому США и Турция, делая громкие заявления в адрес Дамаска, от реализации «ливийского сценария» в отношении Сирии пока отказываются. Слишком высоки ставки и велики риски. Евросоюзу вообще не до этого – его задача выжить в условиях острейшего кризиса в еврозоне, спасти сам ЕС и его финансовую систему. Когда экономика трещит не до войны.

Б.Асад вполне может преодолеть кризис в стране, если будет действовать умно и решительно, если его не предадут свои, как это произошло с С.Хусейном в 2003 году, а режим консолидирует все свои силы и средства, и сможет направить удары по самым слабым местам противника, внеся раскол в ряды оппозиции. Когда–то это случилось в Алжире. Почему бы ситуация не повторилась в Сирии?

Посмотреть профиль http://lukdomen.mysite.com/blank.html

Admin


Admin
Режим Асада проигрывает «инфраструктурную войну»

Боевые действия постепенно охватывает все новые районы Сирии. Фактически, едва ли не единственным полностью лояльным правящему режиму крупным центром является Тартус. Огромная сирийская армия, обладающая колоссальным техническим преимуществом, не может покончить с меньшими по численности и не обладающими тяжелым оружием боевиками. И в вооруженное противостояние с властями включается все большее число сирийцев. Одной из причин этого служит то, что боевики успешно навязали властям «войну против инфраструктуры».

Не имея тяжелого оружия, боевики успешно противопоставляют технической мощи армии Асада тактику войны, к которой он оказался абсолютно не готов. Речь идет о сознательном уничтожении объектов инфраструктуры, крайне важных для жизнеобеспечения конкретных городов и страны в целом.

Определенным свидетельством тяжелого положения режима Башара Асада можно считать сделанное 28 июня 2012 г. директором Департамента по гуманитарному сотрудничеству и правам человека МИД РФ В.А. Небензя заявление: боевиками «Практически на ежедневной основе совершаются нападения на государственные учреждения и объекты инфраструктуры. Вовсю развернута минно-фугасная война».

В результате полутора лет войны в Сирии экономике и инфраструктуре страны нанесен серьезный урон. Так, согласно данным из «Штаб-квартиры возрождения сирийской экономики», создаваемой в Абу-Даби Германией и Объединенными Арабскими Эмиратами из представителей 60 стран, а также сирийского эмигрантского сообщества, по данным на 6 июня 2012 г. только на немедленное восстановление потребуется как минимум 12 млрд долларов. Данные официальных властей отличаются от этих показателей не особенно сильно: на конец июля 2012 г. они оценивали ущерб, нанесенный боевыми действиями экономике и инфраструктуре страны в 11 млрд долларов. В любом случае, для Сирии это огромный урон и своими силами она не в состоянии её восполнить.

Транспорт. Железные дороги.

Еще весной 2011 г. в Сирии начались диверсии на железных дорогах, в том числе подрывы пассажирских составов. Впрочем, оппозиционеры не только нападают на подвижной состав, но и уничтожают железнодорожную инфраструктуру в целом.

Подобные нападения происходят практически по всей территории страны. Так, например, в последних числах июля 2012 г. в провинции Ракка, до недавнего времени считавшейся одной из самых спокойных в стране, противники действующего режима разобрали 25 метров железнодорожных путей, в результате чего произошло крушение состава.

В большинстве случаев предотвратить подобные атаки не удается. Ограниченные успехи защитники режима демонстрируют лишь при защите мостов. Так, например, в ноябре-декабре 2011 г. силовикам Асада удалось предотвратить подрыв стратегически важных мостов в провинциях Алеппо и Идлиб. А 12 июля 2012 г. армейские сапёры обезвредили два взрывных устройства весом по 100 кг каждое, заложенные под мостом у посёлка ат-Тремса провинции Хама района Мхарда.

Косвенное признание относительно наличия серьезного кризиса в транспортной сфере сделал 9 июля тогдашний глава правительства Рияд Хиджаб во время специального заседания в министерстве транспорта страны. Он заверил, что правительство оказывает максимальную поддержку для восстановления повреждённых объектов транспортной сферы, являющейся «кровеносной системой страны», а также налаживании необходимого технического обслуживания и ремонта.

Кроме того, он указал на необходимость развития авиационного транспорта, что должно минимизировать потери от боевых действий железнодорожной отрасли. По его мысли, налаживание дополнительного внутреннего авиасообщения могло способствовать решению возникших в результате конфликта транспортных проблем. В этой связи он потребовал продолжить выполнение контракта о закупке в России двух самолётов и получении в аренду других.

Не случайно, что 1 августа министр транспорта Сирии Ибрагим Саид провел встречу со своим российским коллегой Максимом Соколовым, на которой стороны коснулись темы двустороннего сотрудничества. Впрочем, в условиях нарастающего внутрисирийского противостояния Россия физически не может взять на себя поддержку сирийской транспортной отрасли.

Топливно-энергетический сектор

Особое внимание в своих атаках боевики уделяют объектам топливно-энергетическому комплексу (ТЭК), обеспечивавшему до нынешнего кризиса важную часть валютных поступлений страны. Они совершали налеты не только на наиболее уязвимые с точки зрения обеспечения безопасности объекты вроде трубопроводов, но и на саму инфраструктуру нефте- и газодобычи, а также переработки сырья.

Так, например, не прекращаются нападения на объекты энергоотрасли в провинции Дейр-эз-Зор. Речь, в частности, идет об атаках на инфраструктуру нефтяной кампании «Аль-Фурат», работающей на нефтяном месторождении «Аль-Омар».

В результате боевых действий, включая минометные обстрелы, была фактически парализована работа одного из крупнейших нефтеперерабатывающих заводов страны в Хомсе, что еще больше усугубило топливно-энергетический кризис в стране.

До сих пор благодаря топливным поставкам из-за рубежа режиму удавалось относительно решить лишь снабжение горючим силовых структур и заправок в городах. В сельской же местности топливный кризис постепенно нарастает. До недавнего времени режим Башара Асада мог гордиться «продовольственной независимостью» Сирии, располагающей собственным относительно сильным агросектором. Однако без достаточного количества топлива он не сможет обеспечивать силовиков и города продовольствием.

К лету 2012 г. диверсионная война достигла своего апогея: в результате вооруженной оппозиции удалось фактически парализовать добычу и переработку углеводородов, что тут же отразилось и на остальных отраслях промышленности.

Не случайно, что министр нефти страны Саид Хнейди указывает на то, что если до начала кризиса в Сирии ежедневно добывали 380 тысяч баррелей нефти, то сейчас - менее 140. В еще большей степени падение показателей касается газодобычи.

Обращают на себя внимание и точечные удары оппозиционеров по объектам электроэнергетики, которые успешно реализуются даже в самых важных для правящего режима городах: так, 18 июля 2012 г. они совершили удачное нападение на электроподстанцию в дамасском районе аль-Кабун, питающую электроэнергией ряд столичных районов. В результате перебои с энергопитанием Дамаска усилились.

Вскоре после того, как власти устранили последствия подрыва этой электростанции, боевики совершили новое нападение на этот стратегически важный объект: 6 августа они проникли на ее территорию и в очередной раз подорвали ее. По информации министр электрификации Сирии Имада Хамиса, на устранение последствий терракта пришлось затратить три дня напряженной работы.

При этом возможности для самостоятельного восстановления электростанций у режима Башара Асада ограничены и месяц от месяца, по мере дальнейшего углубления кризиса в стране они уменьшаются.

Кроме того, в последнее время наметилась тенденция физического уничтожения боевиками всех тех, кто работает на режим. Помимо ставших уже традиционными убийств учителей (особенно часто это происходило в Хомсе, Дераа, Дейр-эз-Зоре) моджахеды уничтожают и технический персонал, обслуживающий инфраструктуру страны. Так, 9 августа 2012 г. они ворвались в курортный городок Джандар близ Хомса и расправились с 16 сотрудниками местной электростанции.

Прочие отрасли экономики

Расширяющееся противостояние оказывает все более негативное влияние и на другие отрасли промышленности страны. Как следствие этого, в Алеппо и Хомсе прекратили работу главные фармацевтические заводы страны. В результате, по оценке представителей Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), это вызвало дефицит медикаментов в Сирии.

Все чаще боевики нападают и на другие промышленные объекты. Так, в результате обстрела 21 июня 2012 г. в провинции Хама из РПГ хлопкоочистительного завода, находящегося на автотрассе Хама – Хомс вспыхнул пожар, который нанес заметный ущерб предприятию. В частности, в огне было уничтожено 260 тонн сырья.

В последнее время боевики атакуют и сельскохозяйственные фермы, снабжающие силовые структуры Асада и находящиеся под контролем правящего режима города. Один из последних подобных случаев произошел 12 августа неподалеку от аль-Растана.

Административные офисы и объекты социальной инфраструктуры. С начала вооруженного выступления в марте 2011 г. боевики уничтожили и серьезно повредили более шести тысяч административных зданий и объектов социальной значимости. В первую очередь противники режима уничтожают административные офисы, включая представительства партии Баас а также здания местного самоуправления, как это произошло недавно в селении аль-Хаджеб провинции Алеппо.

Однако от их ударов страдают и объекты социальной инфраструктуры: за время конфликта в стране было сожжено более 900 школ. В последнее время среди страдающих от атак моджахедов социальных объектов все чаще встречаются больницы. Например, 14 августа 2012 г. они атаковали больницу «Дар аль-Шифа» в Алеппо.

Инфраструктура жилья

За время конфликта боевики заметно развили свою тактику. Теперь они заставляют армию делать работу за себя, предоставляя ей самой разрушать занятые ими объекты инфраструктуры. Эта тактика была продемонстрирована уже зимой 2011-12 гг. в Хомсе, где боевики навязали правительственным силам бои в кварталах, в ходе которых значительная часть жилого фонда и городского хозяйства была разрушена.

В итоге этот третий по величине город страны фактически стал непригодным для жизни. Похожая ситуация, пусть и в меньшем масштабе, повторилась в июле в отдельных районах Дамаска. Наиболее заметно пострадал район аль-Мидан. Несмотря на то, что здания там в основном подлежат восстановлению, жить в них практически невозможно. В том числе и потому, что в ходе боевых действий уничтожается сопутствующая социальная инфраструктура, например, магазины.

В еще большем масштабе это повторилось в Алеппо, втором по величине центре страны и финансово-экономической столице страны. В результате Алеппо, Хомс и другие города покинули сотни тысяч беженцев, что легло дополнительным бременем на и без того расшатанную санкциями экономику Сирии, которая испытывает все более частые перебои с электричеством, газоснабжением и даже порой с продовольствием.

О серьезности положения говорит то, что власти пошли на создание государственной комиссии по делам беженцев, координирующей работу учреждений и общественных организаций, пытающихся обеспечить равномерное распределение нуждающимся гуманитарной помощи.

Беженцев расселяют на территории социально значимых объектов, особенно в школах. По официальным данным, под эти нужды сейчас заняты 356 учебных заведений. Однако ввиду большого наплыва беженцев, численность которых уже идет на сотни тысяч человек, возможности решить за счет этого проблему весьма ограничены. Тем более, что в этом случае режим сталкивается с перспективой срыва учебного года даже в сравнительно спокойных районах страны. На практике это может означать частичную утрату контроля над школьниками, особенно старшеклассниками, что также небезопасно для режима.

Не случайно, что во время своего посещения 21 августа отведенных для проживания беженцев школ, председатель Совета министров САР Ваиль аль-Хальки заявил, что все усилия государства «направлены на создание условий достойного проживания, особенно в связи с приближением начала нового учебного года».

Новый премьер-министр страны рапортует в связи с этим о дополнительных мерах правительства по восстановлению инфраструктуры разрушенных районов. По его словам, после очистки от боевиков ряда кварталов Алеппо, Дамаска и Хомса жители стали возвращаться в свои дома.

Но поскольку многие из них полуразрушены и непригодны для достаточно длительного проживания, особенно в зимний период, когда среднесуточная температура заметно падает по сравнению с летним временем, без комплексного решения проблемы кардинально ситуацию нельзя улучшить. Власти активно привлекают добровольцев к налаживанию мирной жизни, но это не может исправить положение.

Аль-Хальки обещает, что для нуждающихся «государство бесплатно предоставит временное жильё». Вопрос, каким образом это будет достигнуто, поскольку из ниоткуда жилой фонд создать не удастся. Создание палаточных городков может заглушить проблему лишь на ближайшие месяцы.

Как бы там ни было, хотя шансы вооруженных лишь легким оружием боевиков в Алеппо против регулярной армии крайне невелики, разрушенная финансово-экономическая столица Сирии является дополнительным подтверждением, что Асад уже проиграл эту битву.

До сих пор спокойствие в этом городе давало ему призрачную надежду удержаться. Но после того, как боевики поразили «сердце Сирии», участь правящего режима предрешена. И хотя агония может затянуться на месяцы, это уже не исправит положения в принципе. Боевики использовали техническое преимущество противника себе на пользу, заставив Асада своими же руками разрушать сирийские города, приближая тем самым победу оппозиции.

И с момента начала сирийского кризиса, режим так и не смог ничего этому противопоставить: отряды оппозиции попеременно занимают то один, то другой город, делая его непригодным для жизни и тем самым ослабляя его.

И это обстоятельство последняя уже активно использует в пропагандистских целях. Так, 6 августа 2012 г. Сирийский наблюдательный совет по правам человека, находящийся в Лондоне, обвинил правящий режим в преднамеренном уничтожении объектов гражданской инфраструктуры и археологических памятников в Алеппо: «Провалив задачу привести к покорности Алеппо, банды сирийского режима выбрали целью правительственные учреждения и здания, некоторые из которых имеют историческую и археологическую ценность».

Следует заметить, что сил для защиты всех значимых для режима объектов и одновременного проведения наступательных операций у него не хватает. К тому же восстановление разрушенной и поврежденной инфраструктуры не является быстрым делом. Кроме того, оно довольно затратно в денежном плане. И хотя с предложениями помощи в восстановлении пострадавшей инфраструктуры Сирии выступил Иран, с другой стороны, привлечение иностранной помощи также бессмысленно, поскольку она совершенно не оправдывает себя в условиях разгула терроризма.

С другой стороны, поражение режима Асада изначально предопределил сделанный им выбор тупикового пути борьбы, в которой он рано или поздно будет измотан и потерпит поражение. Изначально сирийские власти вместо реального диалога с оппозицией сосредоточились почти исключительно на силовых методах и избыточным применением силы сами же вовлекли в противостояние значительную часть сирийцев.

Между тем, залогом победы в развернутой оппозицией диверсионно-партизанской войне могла стать поддержка населения, опираясь на которое, правящий режим мог быть уверен в успехе дела. По крайней мере, оно бы не позволило террористам боевикам безнаказанно уничтожать объекты народного хозяйства. Но в плане поддержки населения, судя по географии боевых действий, у Асада все большие проблемы.

И все это еще больше дезорганизует жизнь в стране и вызывает все большее недовольство даже наиболее лояльных по отношению к Асаду людей, убеждающихся во мнении, что он не способен покончить с террором. Важно, что, несмотря на свою слабость в численном и техническом плане, мобильные отряды противников режима навязали защитникам власти свои методы борьбы. Режим вынужден лишь запоздало реагировать на те или иные действия боевиков, но не может работать на опережение. А это уже означает наполовину его проигрыш. А неспособность режима защитить ключевые объекты инфраструктуры лишний раз подчеркивает его нежизнеспособность.

В этих условиях президент предпринимает перестановки в руководстве: так, 16 августа президент Сирии Башар Асад сменил министров юстиции (Тайсир Кала Аввад, занимал должность с 14 апреля 2011) и промышленности (Фуад Шукри Курди, с 23 июня 2012, продержался менее двух месяцев), а также губернатора провинции Алеппо (Ибрагим Халлюф, занимал должность с августа 2011 г.).

Это стало еще одним признаком кризиса власти в стране вообще и в конкретных ведомствах в частности. Причем эти меры не принесут положительного эффекта. Например, наладить функционирование промышленности в условиях непрекращающегося террора не сможет никто.

Тоже самое можно сказать и о ситуации в провинции Алеппо. Тот же Ибрагим Халлюф был явно не самым плохим губернатором. Именно благодаря его постоянному диалогу с представителями бизнеса и соответствующим послаблениям до недавнего времени большая часть предпринимателей Алеппо была лояльной режиму. Причем подобная кадровая чехарда в обстановке продолжающегося хаоса может дать лишь обратный эффект и дополнительно дезорганизовать работу соответствующих ведомств.

Посмотреть профиль http://lukdomen.mysite.com/blank.html

Admin


Admin
О развитии ситуации в Сирии

Ю.Б.Щегловин

Для нынешнего развития ситуации в Сирии помимо перечисленных нами ранее моментов (усиление влияния радикального исламизма в сопротивлении; патовая ситуация с балансом сил противоборствующих сторон) необходимо отметить еще и следующие.

Первое и очень тревожное. Противоборство проходит в подавляющей своей части сейчас не на идеологической, а на конфессиональной основе. Это, прежде всего, сунниты, алавиты (с поддержкой христиан и черкесов), а также курды, которые в сирийской ситуации преследуют свои собственные интересы по созданию «Великого Курдистана». Этот факт уже открыто признают интеллектуалы из Сирийского национального совета (СНС). Вообще можно отметить интересную закономерность: по заявлениям руководства СНС можно четко предсказывать тенденции в развитии ситуации в стране, исходя из принципа «от обратного». Вначале были заявления исключительно о мирном характере борьбы с режимом; невозможности иностранного вмешательства и повторения «ливийского сценария»; затем утверждалось о слабости исламистов в стране и традиционном неприятии большинством населения «Братьев-мусульман»; подчеркивалось традиционное единство сирийского народа, несмотря на конфессиональную принадлежность; заявлялось о реальности переговоров с представителями режима за исключением ближайшего окружения Президента Башара Асада; и т.п. Излишне говорить, что все эти заявления сбылись, но ровно с противоположным знаком. Это свидетельствует о том, что сирийская интеллигенция (как и любая другая) так же «страшно далека от народа» и продолжает витать в облаках иллюзий. Самые пессимистичные прогнозы развития ситуации, о которых мы говорили ранее, сбываются и ситуация с межконфессиональным противостоянием как основной движущей силой конфликта стала реальностью. К сожалению, приходится констатировать, что Сирия уверенно повторяет путь той же Ливии, только еще и заставит своего соседа в лице Ливана присоединится к этому кошмару. Уход Асада в этой связи не решает ничего, поскольку алавитская община вместе с ним никуда не уйдет, а это означает тлеющее противоборство на очень долгую перспективу. События в Ливане сейчас это доказывают в полной мере, причем даже рисуют очень вероятные сценарии такого противостояния. Похищение боевиками сирийского сопротивления сына шейха Хасана Мандата (руководил в Сирии отрядами племенного ополчения), который возглавляет небольшое, но очень воинственное шиитское племя в Ливане, и последующая после этого вспышка вооруженной борьбы и ответные похищения суннитов, - показывают воочию, к чему может привести такое противостояние. При этом на стороне суннитов воюют очень радикальные фигуры из палестинского филиала «Аль-Каиды» «ФАТХ аль-Ислам», а в Сирию «на поддержку революции» устремились добровольцы с очень спорными для цивилизованного общества идеологическими установками. Типа недавно погибшего в боях за Алеппо сына известного чеченского боевика Р.Гелаева или фигур из ближайшего окружения А.аз-Заварихи.

На этом фоне в самой «Хизбалле», которая не вмешивается пока в стычки между суннитами и шиитами в Ливане, идет борьба мотивов. Накануне очередной 9-й партийной конференции в руководстве движения началась дискуссия по вопросу дальнейшей тактики «Хизбаллы» на сирийском направлении. Все громче раздаются голоса о том, что «необходимо сосредоточиться на внутреннем фронте борьбы», так как ситуация с жизнеспособностью режима Асада вызывает все больше опасений. Представляется, однако, что решительного разрыва с Дамаском не последует. Ровно по той причине, что «Хизбалла» накануне решающей борьбы за влияние в Ливане, не может лишиться фактически единственного стратегического союзника в лице Ирана. Вряд ли в Тегеране спокойно воспримут категоричное решение руководства движения «о сворачивании поддержки Дамаску». Если же такое решение все-таки будет принято, то с большей долей вероятности это будет означать, что в Тегеране не видят перспектив дальнейшей поддержки со стороны «Хизбаллы» сирийского руководства в той форме, в которой это сейчас происходит. То есть направления в Сирию боевиков движения для участия в непосредственных боевых действиях. Это будет означать, что перед «Хизбаллой» будет поставлена задача концентрации усилий по противодействию суннитскому влиянию внутри Ливана. Тегеран рассматривает «Хизбаллу» как свой последний оплот в этом регионе, который необходимо вывести «из-под удара» и сохранить его, во что бы то ни стало. Отсюда решение о сокращении присутствия боевиков движения в Сирии, или, как минимум, не наращивания их числа. Плюс помощь при создании мощной оборонительной инфраструктуры в виде новых подземных бункеров, пунктов автономной телефонной связи и принятия на вооружение беспилотников иранского производства. Такое решение логично, поскольку в Тегеране хорошо представляют себе дальнейшие устремления своего основного противника в лице Эр-Рияда. 17 июля с.г. во время назначения принца Бандара Бен Султана новым руководителем Управления Общей Разведки (УОР) королем Абдаллой перед ним было поставлено две основные задачи. Первая – всяческое содействие свержению режима Б.Асада в Сирии, и вторая - создание надежного противовеса иранской экспансии в регионе. В рамках второй задачи особое место имеет возвращение в Ливане во власть креатуры Эр-Рияда Саада Харири и минимизации влияния «Хизбаллы» в стране. Падение Асада вызовет моральный коллапс среди его сторонников в Ливане в лице правящей сейчас коалиции и ее резкое ослабление. И это в Тегеране также хорошо понимают, и поэтому не исключено, что решат «сохранить» «Хизбаллу» для будущих схваток.

Та же ситуация наблюдается и среди курдов. Мы уже говорили, что Дамаск из-за тактических соображений фактически отдал власть Рабочей партии Курдистана (РПК) в приграничных с Турцией районах их компактного проживания. Взамен, естественно, на минимизацию влияния в этих районах оппозиции и развертывания подрывной работы против турецких целей. Эта сирийская поддержка стимулировала ожесточение борьбы внутри самой РПК между различными фракциями партии, как по вопросу получения финансовой помощи, так и по темам главенства в фактически созданной руками сирийских властей автономии на севере Сирии. Как следствие, различные фракции начинают маневрировать, что выражается в установлении контактов с сирийскими оппозиционерами. По данным ряда экспертов, в районе курдского влияния Хасеке уже образована ячейка сирийского сопротивления, что, безусловно, нарушает ранее достигнутые договоренности руководства сирийского филиала РПК с Дамаском. Налицо и расхождение в позициях между иракским и сирийским филиалами этой партии.

Посмотреть профиль http://lukdomen.mysite.com/blank.html

Admin


Admin
Турецкие добровольцы против режима Башара Асада

Практически с самого начала внутрисирийского конфликта в поддержке противников режима Башара Асада активное участие принимала Турция. Турецкие спецслужбы, чьи агенты активно действуют в большинстве провинций Сирии, сыграли далеко не последнюю роль в превращении провинции Идлиб в один из главных оплотов сирийской оппозиции.

Эта поддержка сначала не была слишком заметной. Но очень быстро она стала такой, что ее бессмысленно отрицать. Турция помогает беженцам из Сирии, снабжает оппозиционеров оружием, занимается их обучением и перебрасывает на сирийскую территорию разного рода добровольцев, среди которых немало сирийских эмигрантов, в том числе граждан Турции: значительная часть из них — дети исламистов, участвовавших в мятеже 1982 г. против Хафеза Асада как в Идлибе, так и в Алеппо. Далеко не все из них напрямую связаны с турецкой спецслужбой MIT, хотя многие из тех, кто возвращался на родину, проходили боевую подготовку в Турции. Лагеря по подготовке боевиков стали появляться в приграничных с Сирией турецких районах уже в мае-июне 2011 г.

Один из таких лагерей под названием «Апайдын» представляет собой базу ускоренной подготовки сирийских и турецких боевиков. Не случайно, что до последнего времени вход туда был ограничен даже для членов парламента Турции и особо охранялся спецслужбами.

Следует также сказать о роли в происходящих событиях сирийских турок, или туркоманов, многие из которых стали в ряды вооруженной оппозиции. Во многом это обусловлено самим ходом истории. С момента установления здесь власти Османской империи султаны расселяли в наиболее важных местах лояльное население, которое боролось против повстанцев-бедуинов и служило оплотом власти.

Когда Сирия стала независимым государством, новые власти стали проводить политику подавления сирийских турок, которым даже запретили иметь книги на родном языке и получать на нем образование. До последнего времени туркоманская община подвергалась арабской ассимиляции, и хотя Башар Асад немало сделал для облегчения их участи, настроение туркоманов в основной своей массе по отношению к правящему режиму было далеким от лояльного.

В результате третье по численности (по разным данным, от 114 тысяч по правительственным источникам до 3 миллионов человек по турецким данным) меньшинство страны стало объектом самого серьезного воздействия со стороны спецслужб Турции. В том числе и потому, что туркоманы обратились за помощью к Анкаре.

Ситуацию с туркоманами для Дамаска осложняет то, что их поселения разбросаны по всей стране от города Ракка на севере вплоть до южных друзских районов. Крупные общины туркоман живут в городах Алеппо, Ракка, Дамаск, Хама, Хомс, Латакия, а также в их окрестностях. Особую антиправительственную активность проявляют жители туркоманских сел, находящихся в районе трех последних городов. Причем именно туркоманы составляют костяк антиправительственных формирований, действующих в районе Латакии. Значительную роль они сыграли и в ходе событий в Хомсе, а туркоманские деревни в районе Хамы стали настоящими «осиными гнездами», отвлекающими на себя немалую часть лояльных Башару Асаду войск.

Наладить связь с туркоманскими общинами Сирии для Турции не представляло труда: во-первых, многие ее представители поддерживают связь со своими родственниками в Турции с момента распада Османской империи. Во-вторых, работа турецкой агентуры среди сирийских туркоманов заметно облегчалась политикой «открытых дверей», которую реализовывал Башар Асад в отношении не только арабских стран, но и соседней Турции.

Довольно многочисленные представители туркоманской общины из числа предпринимателей Алеппо были особенно частыми гостями в Турции. Оттуда в свою очередь также регулярно прибывали к ним для деловых встреч турецкие бизнесмены. Некоторые из них одновременно выполняли задания спецслужб Турции. И наконец, близость к границе некоторых туркоманских общин (например, в районах Латакии или Ракка) также упрощала связь с ними. Дополнительно облегчало ситуацию то, что многие туркоманы, несмотря на все попытки ассимиляции, не забыли язык, являющийся диалектом турецкого.

Зачастую именно через них спецслужбы Турции держат связь и с другими оппозиционными группами. В самой Сирии постоянно действуют десятки турецких агентов, которые не только играют роль связных, но и служат своего рода военными советниками. Некоторые из этих турецких граждан являются сирийскими эмигрантами, долгие годы прожившими в Турции. Тем не менее в определенной степени на местности они знают ситуацию лучше турок и потому зачастую считаются более ценными кадрами в работе. Во многом такие выводы были сделаны после серий провалов турецких спецслужб в конце 2011 г., когда их сирийским коллегам удалось обезвредить в приграничных районах Сирии десятки агентов и действующих работников MIT, которых впоследствии обменяли на особенно интересующих Башара Асада сирийских перебежчиков.

Но есть и другая категория турок, действующая против Башара Асада. Это радикальные исламисты. По меньшей мере, пять таких джихадистов погибли в боях против сирийского режима в Алеппо, Идлибе и в районе Дамаска только в августе. Общий же счет безвозвратных потерь турецких граждан, согласно сирийским источникам, идет уже на десятки.

Есть среди погибших и довольно интересные персонажи, например, бывший адвокат из Стамбула Осман Карахан, специализировавшийся на защите подозреваемых в джихадизме. Среди его подопечных был известный сирийский исламист Луаи Сакка, в настоящее время являющийся совладельцем объединения сирийских эмигрантов в Северной Америке «Группа сирийской поддержки», лоббирующего в США оказание более активной помощи оппозиции и собирающего для этого деньги.

Юридической практикой Карахан занимался до 2006 г., пока сам не был арестован и заключен в тюрьму властями Турции по подозрению в причастности к «Аль-Каиде». Как ни странно, через шесть лет он неожиданно «всплыл» в Сирии как активный противник режима Башара Асада.

Еще одним довольно известным турецким радикалом, погибшим в боях против сирийских силовиков, стал Баки Йегит, ранее признанный виновным в участии в терактах в Стамбуле, ответственность за которые взяла на себя в 2003 г. «Аль-Каида».

Нельзя исключать того, что находясь в свое время в турецких тюрьмах, эти люди не были перевербованы той же MIT. В противном случае тот факт, что люди, разгуливающие на свободе с такими статьями, трудно объяснить чем-то другим.

Всего же в составе сирийских джихадистских бригад, по данным турецких спецслужб, сражаются около 50 радикалов из Турции. Они не входят в отряды Сирийской свободной армии (ССА), считающейся, по их мнению, олицетворением светских начал и действуют почти исключительно в составе формирований с яркой фундаменталистской окраской вроде группировки Al Tawheed Banner, «бригады Фарука», а также в рядах радикального крыла группы «Свободные дамаскцы».

Действия этих групп наносят сирийской оппозиции гораздо больше вреда, чем приносят пользы. Именно на исламских радикалов ложится ответственность за участившиеся нападения боевиков на простых представителей алавитской и христианской общин, что рикошетом бьет и по имиджу ССА, не имеющей ничего общего с подобными действиями.

Тем не менее, несмотря на то что зачастую действия таких «добровольцев» в Сирии расходятся со стратегическими планами Анкары, по большому счету отъезд турецких радикалов на войну с «сатанинским режимом» отвечает интересам MIT, снимая с нее лишнюю головную боль при наблюдении за ними в Турции.

Как бы там ни было, но турецкие добровольцы уже сыграли одну из ведущих ролей в расшатывании сирийского режима. И хотя они не являются в численном отношении преобладающей в Сирии силой, их появление среди сирийских оппозиционеров сыграло очень важную роль, дав понять противникам пока еще действующего режима, что они сражаются не одни.

Посмотреть профиль http://lukdomen.mysite.com/blank.html

Admin


Admin
Ситуация в Сирии: Москва играет на опережение?

Обстановка в Сирии и вокруг нее накаляется с каждым днем. Правительственным войскам никак не удается одолеть повстанцев и очистить от них столичные сирийские города Дамаск и Халеб (Алеппо) с их пригородами. Фактически армия режима проигрывает войну в городах вооруженной сирийской оппозиции. В этой связи верные Башару Асаду силы вынуждены прибегать к авиаударам по крупным сирийским городам, что ведет к массовым жертвам среди гражданского населения.

Со своей стороны, сирийская вооруженная оппозиция значительно окрепла за последние месяцы и получила на вооружение современные виды оружия, способного наносить ощутимый урон не только живой силе противника, но и его авиации и бронетехнике.

Баланс сил стал постепенно смещаться в пользу Сирийской свободной армии (ССА) и других отрядов вооруженной оппозиции. Ряд крупных сирийских городов, прежде всего, некоторые районы Халеба (Алеппо) и Дамаска фактически находятся под контролем повстанческих сил. В столице Сирии Дамаске не стихают боестолкновения правительственных сил и оппозиции, которые проходят на фоне практически ежедневных взрывов гражданских и военных правительственных объектов. При помощи стран Запада, прежде всего, Франции в ряде северных районов Сирии фактически установлены так называемые бесполетные зоны, а в приграничных с Турцией районах действуют зоны безопасности.

США и другие страны Запада все больше склоняются к жестким мерам в отношении сирийского режима в целях оказания оппозиции содействия в свержении режима Асада. США отвергли российские предложения по проекту новой резолюции СБ ООН как основы для действий нового спецпредставителя ООН и ЛАГ Лахдара Брахими.

Активизировались и региональные игроки на поле сирийского конфликта. 10 сентября в Каире состоялась первая встреча на достаточно высоком уровне представителей так называемого «регионального квартета», инициатором создания которого явился новый президент Египта Мухаммед Мурси. Характерно, что один из основных союзников Дамаска Иран принял участие в этом мероприятии наряду с Турцией и Саудовской Аравией. Напомним, что тон в этой «четверке» задает именно Египет, чей президент на приходившем недавно в Тегеране саммите Движения неприсоедения достаточно недвусмысленно высказался в пользу отставки сирийского президента Башара Асада и поддержал сирийскую оппозицию. Характерно, что принимающая сторона никак не отреагировала на выступление М. Мурси. Исключение составили ряд иранских СМИ, которые в переводе на фарси выступления Мурси, заменили «Сирию» на «Бахрейн». Еще один верный союзник Асада Китай также недавно дал понять, что не исключает смены власти в Сирии мирным путем. На днях президент Израиля Шимон Перес ясно заявил, что режим Асада падет раньше, чем думают те, кто его поддерживает.

Ну, а что же Россия? Неужели Москва хочет остаться на обочине дороги, по которой «пролетает настоящая жизнь»?

Тон, как всегда, задал президент РФ Владимир Путин, который в своем недавнем интервью телеканалу «RT», хоть и сказал, что Россия не собирается менять свою позицию по Сирии, но не отверг очевидного – неизбежности смены власти в Сирии. При этом российский президент дал ясно понять, что Москва согласна на переход власти в САР при условии, что всем участникам сирийских событий будет обеспечена безопасность. Характерно, что в своем интервью В. Путин указал на дружеский характер отношений России и Саудовской Аравии, послав тем самым недвусмысленный сигнал саудовскому монарху, которого вряд ли можно зачислить в стан друзей Асада.

Одновременно специальный представитель президента по Ближнему Востоку, заместитель министра иностранных дел РФ Михаил Богданов отправился (8-9 сентября) в Париж. Там, по некоторым данным, он имел встречи с другими «друзьями» Асада бывшим ливанским премьер-министром Саадом Харири и бывшим вице-президентом САР А.Х. Хаддамом. Последний, по случайному совпадению или нет, в это самое время высказался за вмешательство в сирийские дела за рамками ООН, чтобы таким образом ускорить процесс свержения режима Асада. М. Богданов также провел встречи с представителями зарубежной сирийской оппозиции во Франции, главой Сирийского национального совета (СНС) А.Б. Сидой и Манафом Тласом, а также специально прибывшей в Париж для встречи с ним делегацией Национального координационного комитета и с представителями французского министерства иностранных дел.

Как полагают в осведомленных парижских кругах, М. Богданов прибыл в Париж с личным поручением В. Путина разобраться в деталях складывающей в САР и вокруг нее ситуации, чтобы окончательно определиться с позицией Москвы в сирийском вопросе накануне предстоящего заседания СБ ООН.

Характерно, что практически в эти же дни (8-9 сентября) Манаф Тлас вылетел в Иорданию. Там он встретился с дезертировавшим сирийским генералитетом (свыше 30 человек). Имел беседу с генералом М.Х. аль-Хадж Хасаном, который на днях объявил о создании Сирийской национальной армии (СНА), которую некоторые рассматривают как противовес ССА и «исламистским» отрядам сирийской вооруженной оппозиции.

Одновременно российский министр иностранных дел Сергей Лавров еще раз повторил российскую «волшебную» фразу о том, что Москва «не держится за Асада». Это совпало по времени с визитом в Москву делегатов одного из не очень представительных, но лояльных Москве и сирийскому режиму, отрядов сирийской оппозиции. Речь идет о «Движение за мирные перемены в Сирии», во главе с Фатехом Джасемом, который в свои прежние «лихие» годы возглавлял одно из боевых звеньев Сирийской компартии. В Москву также засобирались представители сирийского мусульманского и христианского духовенства.

В субботу 9 сентября по сообщению газеты «Аль-Ватан» Россия, якобы, приступила к первому этапу эвакуации своих граждан из Сирии. Согласно этим сообщениям ПМТО Тартус и прилегающие к нему территории превращены в пункты сбора. Туда уже начали прибывать работавшие в САР российские граждане для их последующей отправки на Родину на трех российских кораблях, прибывших недавно в Тартус. Для обеспечения безопасности процесса эвакуации наших граждан на этих судах прибыли части российского спецназа, в том числе «чеченский батальон», оснащенные стрелковым оружием при поддержке с воздуха несколькими боевыми вертолетами.

Кульминацией в выстроенном выше информационном ряду стало сообщение «Саут Байрут». По данным требующим тщательной проверки, руководство России, якобы, потребовало от Башара Асада до конца сентября, передать власть в стране своему гражданскому преемнику на переходный период в соответствии с женевскими договоренностями. Поводом для такого решения Москвы стало убеждение в том, что Асад не способен одолеть повстанцев и сирийский режим доживает последние дни.

В Москве, наконец, серьезно обеспокоились тем, что если режим Асада будет полностью «снесен» и власть в стране окажется в руках сирийской вооруженной оппозиции, к тому же религиозно окрашенной, то это может нанести непоправимый ущерб интересам России в Сирии на долгие годы вперед (в том числе нефтегазовым проектам). И восстановить там российские позиции будет очень непросто, так как нашу политическую и экономическую «нишу» в Сирии займет Франция, которая ведет очень активную политику на сирийском направлении. Возможно, французы захотят чем-то поделиться с Китаем и Ираном.

Автору сложно судить так это или нет. Приведенный нами информационный ряд может быть истолкован и иным образом. Тем более что многие вышеприведенные сведения, действительно, нуждаются в более солидном информационном обеспечении. Но вот начавшиеся появляться с прошлой недели в ряде серьезных западных и арабских СМИ сообщения о том, что Москва, якобы, взяла под свой полный контроль сирийские арсеналы химического оружия, заставляют взглянуть на изложенное выше совсем с другой точки зрения.

Если верить тому, что очень многие на Западе, некоторые на Ближнем Востоке, совсем немногие в России характеризуют Башара Асада как «кровавого диктатора», который готов пойти на все ради сохранения своей власти, то весьма сомнительно, чтобы такой человек отдал в чужие (пусть «дружеские») руки свой последний козырь во «вселенской» борьбе за Сирию. Если это могло произойти, то только под давлением силового окружения президента, с которым Москва смогла заключить негласный пакт при поддержке ведущих сирийских бизнес-элит. Таким образом, мы имеем дело с попыткой подготовки «бескровного» переворота в Сирии под сенью «руки Москвы». А разве не об этом говорил в своем интервью Владимир Путин, который ясно дал понять, что Россия поддержит лишь бескровную смену власти в Сирии.

Успеет Москва вскочить на подножку стремительно мчащегося поезда сирийской революции и дернуть стоп-кран? Покажет ближайшее будущее.

Посмотреть профиль http://lukdomen.mysite.com/blank.html

Admin


Admin
Палестинский фактор в сирийском конфликте

Наличие палестинских беженцев в Сирии, которые все активнее участвуют в боях на стороне оппозиции, обернулось для режима Башара Асада дополнительными проблемами. Следует напомнить: проникновение палестинцев на сирийскую территорию особенно активно происходило в 1948–1967 гг., когда в результате арабо-израильских войн из Палестины в соседние страны бежали сотни тысяч беженцев. Немалая часть их осели в Сирии, и на сегодняшний день численность палестинцев в стране доходит до 600 тыс. человек, что составляет почти 3% населения.

Немалая часть беженцев и их потомков (не менее 30%) до сих пор проживают в лагерях беженцев. Следует особо заметить, что палестинцы в Сирии практически не подвергались серьезным ущемлениям и, хотя у них нет гражданства страны, формально, согласно закону 1957 г., они пользуются практически теми же самыми правами и несут те же самые обязанности, что и сирийцы. Например, мужчины обязаны служить в армии.

Начальное образование беженцы до недавнего времени получали в школах БАПОР (Ближневосточное агентство ООН для помощи палестинским беженцам и организации работ). Среднее школьное образование они получают бесплатно в сирийских государственных школах. На них также распространяется право поступления в университеты и получение государственной стипендии для обучения за границей, как и для прочих сирийских граждан.

С 1960 г. палестинцы пользуются свободой передвижения по стране, а с 1963 г. могут свободно без виз выезжать за пределы Сирии и возвращаться обратно благодаря предоставленному им особому паспорту для поездок за границу. Еще более простым был въезд-выезд в Ливан. Для этого палестинцам достаточно было иметь сирийское удостоверение личности беженца.

С 1968 г. палестинцам разрешили владеть в Сирии недвижимостью, хотя и не более одного дома на семью. Им было позволено работать практически во всех сферах, даже в органах власти. Фактически едва ли не единственное, что ограничивает их в правах по сравнению с сирийцами, — отсутствие права голоса и невозможность покупки сельскохозяйственных земель.

Последняя оговорка, равно как и ограничение переезда в Сирию палестинских беженцев из других стран, была обусловлена нежеланием сирийских властей массового наплыва их собратьев, который мог заметно осложнить социально-экономическую и криминогенную ситуацию в стране.

И как показывают нынешние реалии, эти опасения имели под собой определенные основания. Вскоре после начала внутрисирийского конфликта в него стали активно включаться и представители палестинских организаций, десятилетиями находившие приют в Сирии.

По мере того как сопротивление правящему режиму охватывало все новые территории, Дамаск, полагаясь на признательность палестинцев за многолетнее пользование сирийским гостеприимством, стремился использовать их в своих целях. И речь не шла лишь об участии палестинцев в боях против оппозиции. Власти страны пытались задействовать палестинский фактор для антиизраильской мобилизации и отвлечения внимания населения от борьбы против режима.

В качестве средства избрали «мирные марши» на Голанские высоты. Один из них, а именно 5 июня 2011 г., в очередную годовщину Шестидневной войны в 1967 г., в ходе которой Израиль захватил Голанские высоты, был организован просирийским Народным фронтом освобождения Палестины – Главное командование (НФОП–ГК).

После того как при попытке прорыва на контролируемую Израилем территорию пограничники застрелили девять молодых палестинцев, отношение проживающего в Сирии палестинского населения к Башару Асаду и его союзникам из НФОП–ГК резко ухудшилось.

В лагере беженцев Ярмук прошли массовые акции протеста «против использования палестинской молодежи в качестве пушечного мяса». Досталось и руководству НФОП–ГК в лице представителя движения в Сирии Махера аль-Тахера, которого протестующие клеймили как «наймита Асада, убивающего руками сионистов палестинских детей». Причем на другой день была подожжена штаб-квартира организации в Халса.

Это придало дополнительный импульс антиправительственной агитации, и происходящее в Сирии стало восприниматься многими палестинцами как «восстание суннитов против алавитских узурпаторов».

Из всей этой истории извлек выгоду лишь ХАМАС, отказавшийся в августе 2011 г. провести мобилизацию 11 палестинских лагерей в Сирии в армию Асада и в результате еще больше упрочивший свои позиции среди палестинцев. Тогда реально и определилась позиция большинства палестинцев. Категорическим противником участия в войне на стороне режима Асада выступил сам главный стратег организации Халед Машаль, чей дом с 2001 г. находился недалеко от сирийской столицы, а штаб-квартира ХАМАСа располагалась неподалеку от нее на территории лагеря Ярмук.

Такой подход едва не привел к расколу организации в секторе Газа, поскольку Махмуд аз-Захар, один из лидеров ХАМАСа в секторе, относившийся тогда к Асаду несколько иначе, на какой-то момент укрепил там свои позиции. С помощью иранских денег он привлек на свою сторону представителей прочих исламистских организаций вроде того же «Исламского джихада», которые поддерживали действующий сирийский режим.

На этом фоне происходит другое знаменательное событие: палестинцы впервые принимают заметное участие в выступлении против режима Асада. Это отмечается в августе 2011 г. в Латакии, где их представители составили значительную часть боевиков. Многие из них пришли из находящегося рядом с городом одного из палестинских лагерей, который раньше, по данным местных источников, являлся одним из главных центров криминала на побережье страны.

Попытка режима Асада наладить диалог с палестинцами не увенчалась успехом, несмотря на то что ему к концу ноября 2011 г. удалось привлечь к борьбе с оппозицией некоторые группы палестинского движения «Аль-Сайка», базирующиеся в ливанских лагерях Триполи, Бейрута, Сайды и Тира. После восстановления связей с официальным Дамаском они помогали ему бороться против контрабанды оружия в Сирию.

Тем не менее тон среди палестинцев продолжал задавать ХАМАС. Одна из главных причин, обусловивших антиасадовский выбор Халеда Машаля, была обусловлена появлением более богатых, чем прежде, спонсоров. Достаточно сказать о том, что сын катарского эмира Тамим в декабре 2011 г. некоторое время лично курировал связи с лидером ХАМАСа. Не случайно, что на протяжении одной лишь недели он дважды приезжал в Иорданию в сопровождении своего палестинского советника Азми Бешара, чтобы попытаться убедить короля Иордании Абдаллу II предоставить убежище Халеду Машалю.

Именно в это время последний стал искать «выход из Сирии», с которой он состоял в тесных отношениях с 2001 г. В этом ему и помогли Иордания с Катаром, которые в 1990-е гг. уже предоставляли ему убежище. В качестве запасного варианта рассматривался Египет, где к декабрю 2011 г. уже успели обосноваться с семьями многие его сподвижники, бежавшие из охваченной противостоянием Сирии.

Однако Машаль все же выбрал Иорданию, где и объявился с триумфом в январе 2012 г. Там его лично приветствовали иорданский король Абдалла II и катарский эмир Х. Ат-Тани. 31 января в сопровождении наследного принца Катара шейха Тамима лидер ХАМАСа прибыл в Доху. Правда, прибыл он туда без семьи, члены которой попали под арест и допрашивались сирийскими спецслужбами. Первыми на допрос 11 января вызвали его дочь Фатиму с мужем, далее 15 января — одну из жен Машаля Амаль с четырьмя сыновьями — Валидом, Омаром, Хилалем и Яхьей. Судя по имеющимся источникам, местные спецслужбы в первую очередь интересовали не только конкретные связи Машаля с палестинцами в Сирии, но и источники денег ХАМАСа в Сирии и каналы их поступления. Последнее было не случайно, поскольку к тому времени Катар предложил Машалю гораздо большее содержание, чем предоставлял Иран последние десять лет.

Впрочем, на тот момент режим Асада полностью не порвал отношения с ХАМАСом и поддерживал с ним связь через имеющиеся каналы с финансистом организации Мусой Абу Марзуком.

Однако отъезд Машаля послужил сигналом к бегству из Сирии его ближайших сподвижников и просто рядовых бойцов. Так, например, поступил 4 февраля Имад аль-Алами, отвечавший за поставки вооружений для ХАМАСа, который вместе с семьей оставил Дамаск и направился в сектор Газа через Каир. Многие военные лидеры организации перебрались в Судан, тогда как ряд членов политбюро ХАМАСа уехали в Иорданию. Среди них Мохаммед Наззаль и Мохаммед Наср, получившие паспорта этой страны.

Между тем события в Сирии сильно отразились и на самом ХАМАСе. Так, 21 января 2012 г. Машаль заявил, что не будет выставлять свою кандидатуру для участия в выборах. Не в последнюю очередь это было обусловлено тем, что за время его пребывания в Иордании и Катаре его противники Исмаил Хания и Махмуд аз-Захар заметно укрепили позиции организации, а также свой собственный авторитет в Египте.

Впрочем, это не означало, что Машаль утратил свое влияние и решил оставить политику. Его поведение в Сирии позволило ему накопить определенные очки, чтобы претендовать с катарской помощью на большее влияние среди палестинцев. Достаточно отметить, что 6 февраля Доха попыталась примирить его с главой ПНА Махмудом Аббасом.

Правда, увести из-под иранского влияния Машаля пытался не только Катар, но и Египет, а также Турция. На этом фоне продолжалась борьба за ХАМАС и в целом за палестинское движение. Дамаск рассчитывал уговорить Машаля вернуться в Сирию, а если не выйдет — заменить его Абу Марзуком и перехватить тем самым рычаги воздействия на палестинцев.

Между тем Иран также попытался восстановить утраченное влияние на палестинское движение, и спустя шесть дней после знаменательной встречи в Дохе 12 февраля Тегеран принимал Исмаила Ханию, с которым лично встретились верховный лидер аятолла Али Хаменеи, президент Махмуд Ахмадинежад и спикер парламента Али Лариджани. При этом глава Высшего совета национальной безопасности Ирана Саид Джалили заявил, что отныне о верности ХАМАСа в Тегеране теперь будут судить по поведению Хании, а не Машаля.

Этому способствовало и то, что у Ахмада аль-Джабари, командира военного крыла организации «Изеддин аль-Кассам», с Махмудом аз-Захаром и Халедом Машалем в последнее время были непростые отношения. Однако сохранить контроль над ХАМАСом у Ирана в полной мере не получилось. Уже в ходе своего визита 16–18 марта в Тегеран Махмуд аз-Захар, «человек № 2» в руководстве ХАМАСа, сообщил иранским властям о создании «независимых» от ИРИ сил «Аль-Акса» и о пожелании организации остаться нейтральной в противостоянии между Ираном и Израилем.

Однако во многом такое поведение было торгом со стороны лидеров ХАМАСа. На начало апреля 2012 г. противники Машаля в лице главного снабженца организации Имада аль-Алами, а также Исмаила Хании и Махмуда аз-Захара снова выступили за сохранение союза с Ираном, хотя и не упоминали при этом режим Асада как дружественную силу. Однако наличие катарских денег позволяет Машалю сохранять заметное влияние.

Кроме того, его антиасадовский выбор на сегодняшний день одобряют подавляющее большинство членов ХАМАСа. Это объясняется, в частности, действиями самого сирийского режима в отношении представителей его руководства. Дополнительное обострение отношений между ХАМАСом и сирийским режимом произошло после гибели при загадочных обстоятельствах в Дамаске 27 июня Низара Абу Моджахеда (Камаль Хосни Гханая), отвечавшего в организации за логистику и вооружения. По данным палестинских источников, его убили в тот момент, когда он собирался бежать в Иорданию, после чего его дом был разграблен. Он был преемником Махмуда Абдель Рауф аль-Мабхуха, убитого в Дубае в 2008 г. предположительно израильскими спецслужбами. Соответственно, мало кто из палестинцев поверил и версиям, звучавшим от представителей сирийского режима, согласно которым смерть его была случайной и будто бы произошла «в результате короткого замыкания».

Тегеран, понимая опасность обострения палестинской проблемы для Сирии, пытался нивелировать ее за счет обработки других организаций палестинцев, включая «Исламский джихад», который продолжал до недавнего времени поддерживать Асада. С одной стороны, эта организация финансировалась Ираном, а с другой стороны, ее руководство понимало значимость нынешнего сирийского режима, позволявшего продолжать борьбу против Израиля.

Не случайно, что вскоре после визита Исмаила Хании в Тегеране побывал и глава «Исламского джихада» Рамадан Шаллах, которого иранские лидеры также попытались удержать в орбите своего влияния с помощью усиления материально-технической и финансовой поддержки организации. В частности, Иран решил предоставить ПЗРК, артиллерийские системы и более современные, чем имелись в арсенале «Исламского джихада», ракеты «Фаджр-3» и «Фаджр-5».

Однако это также не помогло сохранить лояльность лидеров этой организации в отношении сирийского режима.

В июле–августе «Исламский джихад» также заметно изменил свою позицию по отношению к ситуации в Сирии. И хотя пока нельзя уверенно сказать, что его руководство пошло по пути ХАМАСа, заметная трансформация, неблагоприятная для режима Асада, уже произошла. Важным показателем служит то, что лидеры «Исламского джихада» Рамадан Шаллах и Зияд Накхла, а также их представители в Газе Халед аль-Батш и Нафез Аззам попытались договориться с Египтом о своем переезде в Каир.

И хотя тогда добиться этого не удалось, они сделали заметный шаг в направлении от сирийского режима. Во время своей поездки в начале августа они надеялись лично встретиться с президентом Мухаммедом Мурси и убедить его разрешить им жить в Египте. Иными словами, речь шла о переезде из Сирии. Их принял 3 августа лишь бывший глава Службы общей разведки страны Мохаммед Moвафи, указавший, что Египет не может этого сделать, пока организация финансируется из Ирана.

После этого они отправились в Ливан, но за исключением руководства «Хизбаллы» представители прочих политических сил этой страны не пожелали всерьез обсуждать предложения лидеров «Исламского джихада». Да и встреча в Бейруте 11 августа с самим Хасаном Насраллой не принесла им успеха. Руководствуясь чувством солидарности с Дамаском, он также отказал руководству «Исламского джихада» в их просьбе, и поэтому оно было вынуждено остаться в Дамаске.

Похожие настроения наблюдаются и в отношении Народного фронта освобождения Палестины (Главное командование, НФОП–ГК), третьего по значению палестинского вооруженного движения, пользовавшегося поддержкой Дамаска и напрямую связанного с сирийскими спецслужбами. К началу сентября несколько его лидеров бежали из лагеря Ярмук на север Ливана и осели у своих собратьев в этой стране. Впрочем, как и в случае с «Исламским джихадом», основные лидеры этих движений до недавнего времени находились в Дамаске.

Но, судя по всему, рано или поздно и этой организации придется сделать окончательный выбор против режима Асада в силу настроений большинства палестинцев, которые наглядно проявляются в отношении Палестинской освободительной армии, считавшейся наиболее преданной сирийским властям группировкой.

До сих пор эта армия, состоявшая из батальона, входившего в сирийскую армию, участвовала в операциях на стороне войск Асада. Однако с лета 2012 г., параллельно усилению среди палестинцев влияния арабских монархий Персидского залива, особенно Катара, это подразделение начало страдать от волны дезертирства, которая не в последнюю очередь была обусловлена происходящим в лагере Ярмук, окрестности которого стали одним из оплотов антиасадовского сопротивления.

Лагерь Ярмук, расположенный к юго-востоку от Дамаска, — крупнейший палестинский лагерь на сирийской территории. По сути, он является городом, население которого на момент начала нынешних выступлений в Сирии превышало 144 тыс. человек. Поведение его жителей служит своего рода барометром палестинских настроений в Сирии, власти которой доказывали, что условия жизни здесь лучше, чем в остальных лагерях палестинских беженцев в стране. Доля истины в этих заверениях присутствовала: по сравнению с другими лагерями здесь среди палестинцев было гораздо меньше безработных. Жители Ярмука были представителями самых разных профессий от чернорабочих и торговцев до врачей, военнослужащих, инженеров и чиновников. До недавнего времени многие из них занимались мелким предпринимательством, в том числе частным извозом.

Однако начавшиеся волнения, сопровождаемые введением против Сирии торгового эмбарго, подорвали налаженный уклад жизни, вызвав ухудшение положения сирийских палестинцев, что немедленно отразилось на их отношении к сирийским властям. Причем за пределами Ярмука настроения палестинцев по отношению к режиму Асада зачастую наблюдаются не менее враждебные.

В качестве ответных мер сирийские силовики начали проводить рейды по выявлению боевиков и разоружению населения, и наконец после ряда неудач и серьезных потерь в последние месяцы перешли к бомбардировкам и артобстрелам, от которых прежде всего страдало население Ярмука. Учитывая плотную застройку лагеря, бомбы и снаряды правительственных сил, направленные против боевиков, приводят к серьезным жертвам. Проведение спецопераций здесь затрудняется особенностями застройки лагеря с его многочисленными узкими улочками, отходящими от двух главных улиц.

При этом участие палестинцев в конфликте влияет не только на устойчивость режима Асада, но и на ситуацию в соседних странах, например, в Иордании. По мере усиления внутреннего противостояния увеличивалось число палестинских беженцев. Многие из них бежали на иорданскую территорию из лагеря Ярмук через город Мафрак.

В июне 2012 г. этот процесс еще больше усилился, что вынудило иорданские силовые структуры усилить внимание к этому направлению. Власти страны, помня о событиях 1970–1971 гг., опасаются того, что переселение десятков и сотен тысяч палестинцев из Сирии может создать критическую массу и дестабилизировать ситуацию, поэтому ограничивают их проникновение в Иорданию и усиливают охрану границы.

Как бы там ни было, охлаждение отношений режима Асада с большинством палестинцев, еще хранящих ему верность, является лишь делом времени. Среди них растут пораженческие настроения, во многом обусловленные растущими потерями. Так, только в ходе засады, устроенной 12 сентября боевиками Сирийской свободной армии на автобус с бойцами Палестинской освободительной армии в провинции Алеппо, погибли 35 солдат.

На фоне этого переход на сторону оппозиции многих палестинских боевиков, не понаслышке знакомых с террором, стал дополнительным козырем для противников режима. Не случайно, что именно палестинские отряды сыграли важную роль в захвате оппозицией ряда районов Алеппо и в последующих боях в самом городе.

Таким образом, наличие «палестинского фактора» вносит свои коррективы во внутрисирийскую борьбу. Приютив на своей территории вооруженные антиизраильские группировки, режим Асада вслед за Иорданией и Ливаном в результате сам получил огромные проблемы с возможной перспективой втягивания в борьбу боевиков из Газы.

Посмотреть профиль http://lukdomen.mysite.com/blank.html

Admin


Admin

Посмотреть профиль http://lukdomen.mysite.com/blank.html

Admin


Admin
О состоянии сухопутных войск Сирии

Политический кризис в Сирии, начавшийся в марте 2011 г., очень скоро принял форму вооруженного противостояния между правящим режимом и его противниками, которое к настоящему времени переросло в полномасштабную гражданскую войну, охватившую большую часть территории страны. Вооруженную борьбу против правительства ведут формирования Сирийской свободной армии, костяк которой составляют бывшие военнослужащие правительственных войск; боевые отряды радикальных исламистских группировок, состоящие преимущественно из зарубежных боевиков, и различные местные вооруженные формирования. Значительные по площади районы на северо-востоке САР контролируют курдские отряды. Общая численность сил мятежников оценивается в 50-70 тыс. человек. Они используют как партизанские формы борьбы, так и тактику подразделений регулярной армии. При этом ставка делается на затяжные, изнуряющие и изматывающие бои, кровавые террористические акты.

Анализ военных действий в сирийской гражданской войне показывает, что для успешного противостояния многочисленным, мобильным и зачастую хорошо подготовленным отрядам противникам режима необходимо иметь крупные силы сухопутных войск, обученные и оснащенные для ведения борьбы против иррегулярных формирований и небольших мобильных подразделений, способные вести бои в городских условиях и в горно-лесистой местности. Очень важную, а зачастую решающую роль играет наличие у солдат и офицеров высокого уровня морально-психологического состояния, степень их лояльности правящему режиму.

Ко времени начала вооруженного противостояния в 2011 г. сирийские сухопутные войска насчитывали 220 тыс. человек. Они были обучены, оснащены и организованы для ведения масштабной оборонительной войны против Израиля. Их основу составляли танковые дивизии, а вооружение было представлено преимущественно советской техникой, поставленной в 1970-1980-е гг. Управление войсками было чрезмерно централизовано. По оценке западных экспертов, командный состав в своем большинстве отличался безынициативностью. Среди высшего офицерства широкое распространение получила коррупция. Большинство личного состава сухопутных войск составляли солдаты срочной службы. В целом подход к военному строительству в САР был ориентирован преимущественно количественные, а не на качественные параметры.

Наиболее хорошо подготовленными и вооруженными соединениями являлись дивизия Республиканской гвардии и 4-я танковая дивизия, дислоцированные в Дамаске и его предместьях с задачей пресечения попыток военного переворота и других силовых выступлений против режима. Эти дивизии укомплектованы в основном выходцами из алавитской общины. Хорошей подготовкой отличались и специальные войска (2 дивизии и 10 отдельных полков). Они также в значительной степени укомплектованы алавитами, а их главной задачей считалась борьба с израильскими танками. Ряд частей спецвойск был обучен действиям в горно-лесистой местности.

Сирийские вооруженные силы, в том числе сухопутные войска оказались не готовы к ведению военных действий против иррегулярных формирований на своей территории. И хотя в соседних странах в последние десятилетия такие конфликты ведутся постоянно, политические и военные руководители в Дамаске фактически игнорировали их опыт и, как представляется, рассчитывали на то, что «такого в Сирии не случится».

Уже первые бои с мятежниками показали, что сирийская армия испытывает острый дефицит вооружения и техники, необходимой для ведения войны против иррегулярных формирований, в том числе в городских условиях. Так, артиллерия не имела высокоточных боеприпасов, отсутствовала автомобильная техника с дополнительной бронезащитой, большинство танков и легкая бронетехника не имели навесной защиты от противотанкового оружия, в войсках почти полностью отсутствовала техника противоминной защиты, не имелось бронированных ремонтно-эвакуационных машин и бронированных машин для подвоза боеприпасов и горючего в боевые порядки, ощущалась острая нехватка современных средств связи, особенно индивидуальных, разведывательной техники. Слабость средств РЭБ не позволила серьезно нарушать связь и управление силами противника. Солдаты и офицеры оказались очень слабо экипированы для ведения боев в городе.

Организационно-штатная структура «тяжелых» танковых и механизированных дивизий оказалась неприспособленной для ведения маневренной войны против небольших мобильных иррегулярных формирований мятежников. В этой ситуации в лучшем положении оказались части спецвойск.

Первоначально военные не имели хорошо продуманной тактики ведения войны против боевиков, успешно применявших рейдовые действия и умело воевавших в городских условиях. Серьезные недостатки выявились в организации взаимодействия между подразделениями различных родов войск, между сухопутными войсками и ВВС. Армия оказалась не в состоянии реализовать свое превосходство в огневых средствах поражения и тяжелой технике, несла значительные потери в людях и вооружении, а в конечном итоге не смогла переломить ход вооруженной борьбы в свою пользу.

Тем не менее, как это бывает во всех войнах, сумел проявить себя ряд инициативных и решительных офицеров, которые отказались от «шаблонного применения силы», имевший эффект «близкий к нулю». Они выработали и успешно применяют новые приемы ведения боевых действий с мятежниками. Процесс адаптации армии к ведению войны в специфических условиях гражданской войны продолжается, но происходит медленно, болезненно, не всегда успешно и, как видится, еще далек от своего завершения. Война наглядно демонстрирует неповоротливость и косность сирийской штабной бюрократии.

Неразрешимой остается проблема ремонта поврежденной в боях и изношенной в результате интенсивной эксплуатации боевой и вспомогательной техники. Имеющаяся ремонтная база не справляется с этой задачей. Ощущается острейший дефицит квалифицированных специалистов-ремонтников, не хватает запчастей, материалов и оборудования. В условиях прекращения поступления тяжелой техники для сухопутных войск из-за рубежа критическая ситуация с ремонтом самым негативным образом сказывается на боеспособности войск, ведет к невосполнимому уменьшению исправного вооружения и техники. Обостряется и проблема обеспечения войск топливом и ГСМ.

Очень сложным делом остается снабжение удаленных блокпостов и гарнизонов. В ряде случаев военнослужащие оставляют занимаемые позиции именно по причине отсутствия снабжения продовольствием, питьевой водой, топливом и боеприпасами. Эксперты подчеркивают, что «в условиях, когда для военного и политического успеха важен непрерывный контроль за пространствами, это — стратегическая проблема».

Однако наиболее острой на сегодняшний день для правительственной армии является проблема нехватки личного состава. Призывная система в значительной степени разрушена, а пополнение армейских рядов происходит в основном путем набора добровольцев из числа сторонников режима, главным образом алавитов и христиан, что явно недостаточно для поддержания штатной численности соединений и частей и восполнения боевых потерь. Ощущается нехватка подготовленных специалистов для использования различных видов вооружения и техники.

Армия в условиях расширения масштабов конфликта вынуждена выделять все больше сил для охраны военных и инфраструктурных объектов, коммуникаций. Тем самым ее силы распыляются, сокращается число частей, привлекаемых к ведению активных операций против боевиков, а более широкое применение авиации и артиллерии не в состоянии компенсировать нехватку пехоты. Дефицит личного состава также не позволяет прикрыть государственные границы, что дает возможность мятежникам получать помощь из-за рубежа. Ситуация осложняется усиливающейся нехваткой частей, которые одновременно являются лояльными режиму и достаточно боеспособными. В этих условиях власти для борьбы с мятежниками все активнее привлекают различные проправительственные вооруженные формирования.

Низким остается моральный дух многих военнослужащих. Продолжается дезертирство солдат и офицеров, их переход на сторону противника. Как показали недавние действия мятежников по овладению важными объектами и населенными пунктами на северо-востоке САР, во многих случаях военнослужащие не оказывали боевикам упорного сопротивления, разбегались или сдавались в плен. Продолжают иметь место случаи передачи оружия и боеприпасов боевикам с армейских складов.

В целом сирийские сухопутные войска пока сохраняют способность к ведению активных действий против вооруженной оппозиции и в отдельных случаях добиваются успеха. Однако силы армии продолжают слабеть, в то время как военные возможности мятежников имеют тенденцию к усилению.

Посмотреть профиль http://lukdomen.mysite.com/blank.html

Спонсируемый контент


Предыдущая тема Следующая тема Вернуться к началу  Сообщение [Страница 2 из 9]

На страницу : Предыдущий  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9  Следующий

Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения